Приморско-Ахтарский район: пролог, увы, затянулся…

Приморско-Ахтарский район: пролог, увы, затянулся…
Чтобы сделать территорию пригодной для жизни, нужно поймать за уши сразу двух зайцев: с одной стороны, сделать так, чтобы избиратель остался доволен и никуда не уехал, а с другой — чтобы губернатор увидел, что его поручения исполняются прилежно и можно продолжать в том же духе. Кроме того, важно, чтобы точки роста были обозначены не только на бумаге, но и, как им полагается, развивались в русле дорожной карты и давали экономический эффект.
Кладбище погибших мощностей 

Приморско-Ахтарский район — территория с мощным промышленным… прошлым. В одном районном центре работали два крупнейших в крае рыбколхоза, имеющих мощные рыбоперерабатывающие комплексы; судоремонтная верфь, строящая и ремонтирующая рыболовецкие суда для всего Азово-Черноморского бассейна; бондарный завод, выпускающий различную тару для нужд рыбной отрасли бассейна; завод термоплит и пенопласта — уникальное предприятие, одно из двух в СССР; мукомольный комбинат на итальянском оборудовании производительностью 100 тонн муки в сутки; Ахтарский рыбокомбинат — одно из крупнейших в России полносистемных прудовых хозяйств; ПМК «Рыбспецстроя» — крупная строительная организация по строительству прудов, руками ее тружеников построены все пятиэтажки в городе, современные школы, детские сады, центральная районная больница и другие объекты; два кирпичных завода, пищекомбинат и другие. 

Сейчас былые промышленные площади превратились в руины. 

Пропускной пункт Ахтарского рыбозавода. Остовы зданий молчаливы и безжизненны. Свора агрессивных псов встречает нас возле шлагбаума. За нею плетется щенок с жестяной банкой на голове. Краснолицый охранник в спецовке выковыривает питомца из железной маски:
— Вот же ж…!
— Пройти к причалу можно?
— Не положено, потому как частная собственность!
— А что тут будет, вы в курсе?
— Да терминал какой-то

Напомним, что Ахтарский рыбозавод был объединен с рыбколхозом имени Чапаева и в последние годы назывался рыбколхозом имени Чапаева. Только с приходом инвестора он вернул прежнее название — Ахтарский рыбозавод, после чего и умер. 

Когда беседуешь с местными жителями — и простым горожанином, и специалистом, и депутатом — все как один используют нелестные эпитеты: «район мертвый», «торговля дохлая», «банкротство вылилось в похороны», «стерты с лица земли». Звучит грубо, но, увы, справедливо. 

Если в других путевых (не тупиковых) городах чувствуется какое-то течение жизни, ощущается, хоть и с мелкими пробуксовками, ход времени и развитие, то в этом приморском пункте сквозит безысходность. Сколько глав сменилось в районе, сколько обещаний прозвучало! Каждый говорил о возрождении промышленности, о реках инвестиций, о расцвете рыбной отрасли, о желании модернизировать набережную — то есть все мечтали довести район до заоблачных показателей, а народ — до сносной жизни. Однако… 

Визит губернатора как рубикон 

Чуть более года назад губернатор посетил район с отрезвляющим местный бомонд визитом. Результатом этого посещения стал «добровольный» уход прежнего главы района Валерия Спички. Взял и сложил полномочия. Ушел… Почему? 

Во-первых, центральную районную больницу запустили хуже некуда, во-вторых, строительство школы № 1 постоянно откладывалось, в-третьих, здание спортивной школы, признанное аварийным, торчит и торчит посреди города укоризной, в-четвертых, рыбная отрасль топчется на месте, в-пятых, центральный пляж больше смахивает на промышленную зону, чем на место для курортного досуга. В общем, немало нареканий у губернатора вызвало положение вещей в «кубанском Детройте». 

И вот более ста дней районом правит молодой перспективный глава Максим Бондаренко. Глава не заставил себя долго молчать: я-де со всем разберусь, и будет все и всем хорошо. 

Но становится ли хорошо или хотя бы лучше? 

Вначале об экономике и… о больнице 

Если сравнить экономические показатели первых четырех месяцев 2018-го с показателями аналогичного периода прошлого года, то картина выглядит не очень. Прибыль прибыльных предприятий за четыре месяца снизилась до 63,6 процента, а убытки убыточных увеличились до 123,4 процента. Эти цифры намекают на отрицательную тенденцию в экономическом развитии района. В довесок к этому доходы в бюджет в январе — марте собраны лишь наполовину. 

Теперь о центральной районной больнице имени Кравченко. Люди перечисляют ее метаморфозы.
— Ресепшен сделали и порожки обновили, а так — как было, так и осталось, — говорят молодые супруги, идущие на прием к врачу.
— Всяко бывает. Медикаментов хватает, но обслуживание такое, что не добьешься ни до какого врача, — говорит пенсионерка, выходя из здания. 

 Многое решается не материальными затратами, а атмосферой, которую создает коллектив врачей, — говорит депутат районного Совета Александр Бирюков. — Вот когда руководил Кравченко, чьим именем названа больница, все знали, что он жестко спросит за просчеты, проколы, упущения, несмотря на то что это может задеть честь мундира. Он жестко пресекал хамское отношение к пациентам. А сейчас — одни обещания. Дают рекламу высокой заработной платы врачам, они приезжают. И понимают: для того чтобы эту зарплату заработать, нужно трудиться на две-три ставки. И люди уезжают, поэтому и текучесть большая. 

По словам депутата, ЦРБ сейчас передают в ведение края. Пока неизвестно, станет от этого лучше или хуже. 

Нулевые циклы бывают разные 

С первой школой наконец началось движение. В этом году добились финансирования первого этапа строительства. Сейчас идут работы нулевого цикла: строители залили фундамент, возвели железобетонные опоры. Глава пообещал, что учебное заведение распахнет двери 1 сентября 2019 года. Нужно отдать должное — районная власть настояла на строительстве школы по индивидуальному, а не по типовому проекту. Новое здание повторит исторический облик прежнего. 

Если в отношении школы лед тронулся, то детско-юношеская спортивная школа, закрытая несколько лет назад из-за аварийного состояния, еще долго будет ждать своего преображения. И неизвестно, каким будет объем строительства и сколько средств на это выделят. Бывшая спортшкола расположена в старом купеческом здании, которое осенью прошлого года вдобавок ко всему подчистую выгорело. Говорят, поджог. Остался фасад, который глава района обещает сохранить. Внутри исторического каркаса — обугленные бревна, выжженные стены, календари 2015 года, газета на стекле с заголовком «Над чем смеемся?». Действительно, смеяться не над чем. 

Спортивная школа в центре города была очень удобна для детей, а сейчас ребятня пользуется спортзалом Дома культуры или ездит через весь город в физкультурно-оздоровительный комплекс «Лидер». Цикл преображения спортивной школы — нулевой. 

На ахтарской набережной торговые павильоны стремятся к новому облику. Если при Спичке они были с треугольными крышами, то при Бондаренко — прямоугольные. Вечная проблема пляжа — туалеты, раздевалки и скамейки. К открытию сезона на береговой полосе — три раздевалки, три единоличных биотуалета, между которыми десять минут ходьбы. С таким подходом очереди обеспечены. 

Так как Приморско-Ахтарск — курорт сравнительно бюджетный, приезжают сюда в большом количестве пенсионеры. Им важнее посидеть в теньке, а не жариться на солнце. Но только в центральной части есть несколько скамеек, в других местах их не увидишь. К сезону побелили бордюры и перила, покрасили бронекатер. Урны на набережной и на центральной улице куплены и установлены, но все они сделаны из тонкого металла, большая часть уже измята чьими-то ногами. Поэтому новая власть мечтает заказать Старому парку Кабардинки оригинальные каменные контейнеры.


Радио «Краснодар»