" />

Движение вверх или падение вниз, и почему вдовы главных героев подали в суд

Движение вверх или падение вниз, и почему вдовы главных героев подали в суд
Человеческая судьба важнее искусства. Переступить эту грань — все равно что сапогом в душу, какие бы орлы ни парили в нашей голове. Только что посмотрел фильм «Движение вверх». Фильм громкий, вызвавший потрясающий зрительский интерес и принесший уже многомиллионную прибыль. Публика в восторге, расчувствовавшиеся — рыдают. Значит — попали в «десятку»?!

— Это отличное кино. Играют отлично, снят превосходно, но главное — есть реальный драматический рассказ о совершенно реальных людях. И есть правда жизни. И когда я смотрел то, как снята финальная игра между сборными СССР и США, то вдруг поймал себя на том, что волнуюсь. Хотя это матч 1972 года и я знаю весь его ход во всех подробностях, — говорит Владимир Познер, известный телеведущий, журналист. Прозвучал в общем хвалебном хоре и голос и министра культуры Владимира Мединского: «Движение вверх» — это, я считаю, вообще в некотором роде самый удачный, даже образцовый кинопродукт. Он закольцовывает многолетние творческие искания нашего кинематографа, возвращается к якобы утраченным смыслам великой школы советского кино… и воспроизводит их в современном формате». Знай, мол, наших!

А у меня после просмотра фильма о моем любимом баскетболе, о моем любимом тренере Владимире Кондрашине, которого я хорошо знал по Ленинграду, об Александре и Сергее Беловых, моих любимых игроках, — скверное настроение. Не то, совсем не то… Скажу больше — мне больно. Согласен с Познером в том, что касается чисто кинематографических достоинств этой киноленты. А вот насчет правды жизни… Нет там этой правды. Кроме факта самой Олимпиады, самого финального матча и цифр на табло. Все остальное — необузданная фантазия, мягко говоря, не лучшей пробы: в духе нашего времени — безнравственного, циничного… Когда все на продажу: честь, совесть, да что там — мать родную продадут за рейтинг и деньжищи.

Идея фильма-то сама по себе хороша, замысел прекрасен, но, как известно, «замысел еще не точка». Исполнение, увы, получилось скандальным (вдовы Владимира Кондрашина и Александра Белова подали в суд. — В.А.). Создатели фильма ссылаются на то, что фильм не документальный — художественный, а следовательно, у них было право на вымысел… Фильм действительно художественный, но о реальных событиях, о конкретных людях. А это, полагаю, существенно меняет дело. Придумывать можно, но осторожно, бережно, чтобы не ранить, никого не обидеть. Режиссеру Антону Мегердичеву и его коллегам сделать это не удалось… Да, судя по всему, об этом они даже не думали. Авторы преследовали одну цель: создать зрелищное, кассовое кино любой ценой.



Фильм «Движение вверх» — как укус ядовитой змеи для двух семей — вдов Кондрашина и Александра Белова.


«Эх, жертва я доверия, беды своей родитель. Вот слышу из-за двери я: „Укушенный, войдите!“. Вошел: мое почтение, разделся не спеша. „Где место укушения?“. Я говорю: душа». Есть такие слова в одной из песен Юрия Визбора. Фильм «Движение вверх» — как укус ядовитой змеи для двух семей — вдов Кондрашина и Александра Белова. («Змея кусает ближнего — об этом знают все…»). Их родственников, всех, кто знал Кондрашина и баскетбол того времени. В фильме не видно чудо-команды, совершившей спортивный подвиг. Нет личностей, характеров, а ведь это были замечательные, интересные ребята. Зато есть антисоветчики, контрабандисты, валютчики, пьяницы…

…И вспомнил я еще одну баскетбольную историю тех лет, случившуюся годом раньше. Речь — о тбилисском матче за золотые медали между питерским «Спартаком» и ЦСКА. Сценарий этой игры — ну просто копия олимпийского финала в Мюнхене.

«…За восемь секунд до конца Юрий Штукин (игрок „Спартака“. — В.А.) попал в кольцо и сделал свою команду чемпионом Советского Союза. Восхождение завершилось! МЫ ЧЕМПИОНЫ!



…Рухнули ничком на площадку Саня Белов и Женя Волчков. Взвыла сирена. Итак, Сергей Белов, совершив свой последний в сезоне бросок, убил нового чемпиона.


Армейцы выбрасывают мяч из-за лицевой, уже потеряв свои привычные внутриведомственные титулы. Восемь секунд, 7, 6, 5, 4, 3… Затем на глазах десятитысячной толпы капитан армейцев Сергей Белов поднялся в воздух. Это было в углу площадки, под самым табло, на котором в это время 58-ю секунду уже сменяла 59-я… Сколько времени нужно мячу, чтобы с угла площадки описать идеальную траекторию и упасть в кольцо, не задевая ободка? Читатель должен знать, что для этого страшного действия ему нужно меньше одной секунды. Впрочем, по современным правилам, если уж мяч полетел, он может лететь сколько угодно. Он и летел, кажется, год.

…Рухнули ничком на площадку Саня Белов и Женя Волчков. Взвыла сирена. Итак, Сергей Белов, совершив свой последний в сезоне бросок, убил нового чемпиона. Поаплодируем этому гениальному баскетболисту!

В команде ЦСКА собраны действительно великолепные игроки, и Сергей Белов — первый среди них. Замечательная команда, но… знаете ли… Многим любителям баскетбола все-таки больше нравится „Спартак“, в котором собраны не столь великолепные игроки. Что же тут кроется и почему на наших глазах едва не произошло чудо? ЦСКА — это совершенное творение, созданное для победы, накопления славы. „Спартак“ — несовершенное творение, созданное для игры в баскетбол. Пусть он играет за милую душу в свой человеческий, полный надежд и горечи баскетбол».



ЦСКА — это совершенное творение, созданное для победы, накопления славы. „Спартак“ — несовершенное творение, созданное для игры в баскетбол.


Это отрывок из замечательного рассказа известного писателя Василия Аксенова под названием «Серебряные чемпионы». А вот как передает Аксенов картину воздушного путешествия «Спартака» из Ленинграда в столицу Грузии: «…Штукин взялся за учебники по кораблестроению, лиаповец Волчков изучал, разумеется, авиационное оборудование, лесгафтовец Иванов читал труды Лесгафта, Рожин, студент-педагог, штудировал Песталоцци, Федоров из института связи размышлял над вопросами связи, а дипломник военно-механического института Юмашев читал стихи:

— «Открылась бездна звезд полна;
Звездам числа нет, бездне дна…».

И совершенно изумительный финал: «…Кроме того, ни у кого не вызывает сомнений, что когда-нибудь спартаковские „корабелы“ построят какой-нибудь замечательный кораблик, а инженеры оснастят его приборами, а педагоги поднимут флаг адмирала Кондрашина и будут учить на палубе детей баскетболу, астрономии и хорошим манерам».

Рассказ Василия Аксенова — это гимн баскетболу, замечательным парням-«гулливерам», для которых эта прекрасная игра стала важной частью их молодости, а для кого-то и делом всей жизни. И сколько в этом художественном произведении, воспевающем романтику спорта, солнца, тепла, любви к людям. И не случайно писатель вынес в эпиграф строчки Беллы Ахмадулиной: «И будут наши помыслы чисты». В рассказе тоже много вымысла, но вымысла светлого, доброго, в отличие от фильма «Движение вверх», наполненного какой-то черной фантазией, а то и откровенным цинизмом. Скажите, зачем и во имя чего нужно было превращать в националиста и предателя капитана сборной СССР Модестаса Паулаускаса, вешать на него ярлык антисоветчика? Он — выдающийся спортсмен, честнейший человек, которого любила вся наша огромная страна. И эта любовь была взаимной. Сегодня он, гордость отечественного баскетбола, не только тренирует мальчишек в спортшколе в Шакяе, где живет и здравствует, но и ребят из Краснокаменска Калининградской области. По словам Паулаускаса, его «гонит сюда ностальгия по советской юности»: «Я хочу слышать русский язык и помогать русским ребятам». А мы его — в антисоветчики… Художественный вымысел? Но в фильме Паулаускас под своей фамилией. Как ему смотреть людям в глаза, что говорить? А чего стоит история с Александром Беловым, которого сценаристы и режиссер сделали тяжело больным уже во время Олимпиады? Чтобы выдавить слезу у зрителей, показать бессердечность Кондрашина? Получилось и то и другое. Но это — неправда. Саша, ушедший из жизни в 26 лет, в то время был абсолютно здоров, а Петрович любил Сашу Белова как родного сына! Зачем и по какому праву создатели фильма вторглись в личную жизнь двух семей, нанеся им глубокую душевную рану?



Скажите, зачем и во имя чего нужно было превращать в националиста и предателя капитана сборной СССР Модестаса Паулаускаса, вешать на него ярлык антисоветчика? Он — выдающийся спортсмен, честнейший человек, которого любила вся наша огромная страна. И эта любовь была взаимной.


Евгения Кондрашина, вдова тренера: «У меня вопросы к создателям картины. Никто не спрашивал, хотим ли мы показывать нашу личную жизнь, болезни, проблемы. Прочитав сценарий, я два месяца не спала, еще больше поседела. Все переживала, что они там напридумывали. Представителям студии сказала: „Никогда это не подпишу“. Увидев такую реакцию, они многое, правда, подкорректировали. Так, Кондрашина сделали Гаранжиным (что за нелепость: играют Паулаускас, Коркия, Саканделидзе, Беловы… — все под своими фамилиями, а тренер у них какой-то Гаранжин?! — В.А.). Я потребовала, чтобы из фильма убрали эпизоды о якобы договорном матче с Кубой и сцены, где мой муж носит пистолет, спекулирует валютой… Слишком много недостоверного. Вот игрокам в раздевалке раздают конверты с деньгами — Гаранжин собирает средства на операцию сыну. Это неправда. С Юрой (сын Кондрашиных с детства прикован к инвалидной коляске. — В.А.) нам никто не помогал, да и вряд ли хирургическое вмешательство что-то изменило бы. Но больше всего мне обидно за Сашу Белова. В фильме это больной, замкнутый человек. Я дружила с его мамой Марией Дмитриевной. Если бы она была жива, наверное, посмотрев картину, сразу бы умерла…».

Возмущена и Александра Белова (Овчинникова) — вдова Александра Белова: «Мне не нравится, как показали Сашу. Белов в 74-м стал чемпионом мира, был признан лучшим центровым. В 76-м выиграл бронзу на Олимпиаде. У них он уже в 72-м был смертельно больным человеком, падающим в обморок. Создатели фильма утверждают, что они сжали несколько моментов жизни в один комок, но я с таким подходом не согласна, Саша и так прожил немного, а этим фильмом его практически добивают…».



Но больше всего мне обидно за Сашу Белова. В фильме это больной, замкнутый человек. Я дружила с его мамой Марией Дмитриевной. Если бы она была жива, наверное, посмотрев картину, сразу бы умерла…


…Режиссер фильма Антон Мегердичев в одном из интервью заметил, что все создатели фильма относятся к персонажам фильма с таким уважением, какое только можно представить: «Ни один человек, который делал „Движение вверх“, не ставил себе целью обидеть и оскорбить, а, наоборот, возвысить…». Право, странное понятие у создателей фильма о возвышении. Одного чуть ли не заживо в гроб уложили, другого превратили в предателя… «Пусть студия „Три Тэ“ (принадлежит Никите Михалкову. — В.А.) снимет фильм о семье Михалкова, где его родные будут смертельно больны, будут вести себя неадекватно, спать с кем угодно. Пусть скажут, что это — художественный вымысел», — сказала в сердцах Александра Белова.

Это уж точно: не в бровь, а в глаз! Меня поразил цинизм высказывания Ивана Едешко, автора знаменитого паса Александру Белову. На вопрос журналистов о том, что он думает о критике фильма родственниками Владимира Кондрашина и Александра Белова, Иван Иванович сказал: «Это произведение искусства. А кто должен его оценивать? Не один-два человека, а народ. И народ фильм принял…».

Не берите грех на душу, Иван Иванович! Ведь эти «один-два человека» — вдовы тренера Владимира Кондрашина и вашего боевого товарища Александра Белова, двух гениев отечественного баскетбола… Не стоит забывать и о том, что как минимум 90 процентов восторгающегося народа не знакомы с сутью дела — люди просто смотрели кино… Хотя боюсь, что эмоции убили настоящие чувства — вот это страшно.

…Одни, купаясь в раздутой славе, подсчитывают барыши (создатели фильма «Движение вверх»), другие (вдовы двух героев фильма) не спят ночами от боли — у них «укушена» душа. Их некому защитить… Я не понимаю, о каком возвращении к смыслам великой школы советского кино говорит Владимир Мединский. В прежние времена этот фильм в таком виде никогда бы не появился на экране. Никогда и ни при каких обстоятельствах!

Эх, если бы сценарий написал Василий Аксенов! Какой славный фильм получился бы. А так — падение вниз…