" />

О патриотизме в России: Пустословы постыдной корысти, или Чужие среди своих

О патриотизме в России: Пустословы постыдной корысти, или Чужие среди своих
ПОЛИТОБЗОР. Большинство россиян считают себя патриотами. К таковым себя причислили 78 процентов опрошенных фондом «Общественное мнение». Процент хороший, его достаточно, чтобы считать государство в нравственном смысле здоровым. У страны с таким отношением к ней граждан всех возрастов есть будущее.
А что же делать с семнадцатью процентами тех, кто не относит себя к патриотам?

«Общественное мнение» выявило и таких. Казалось бы, ничего, пусть себе думают так, как считают нужным, это их право. Кстати, обеспеченное тем же государством, патриотами которого они себя считать не хотят или не могут по каким-то причинам. С этим бы результатом и пойти дальше. 

Но есть одна загвоздка. В стране подавляющее большинство деятельных патриотов, которые не кричат на каждом углу об этом, — простые рабочие, воины, ученые и писатели, актеры и инженеры. Но кто их услышит, люди-то они порой не публичные.

А некое число их антиподов, выдвинувшихся в статус властителей дум — талантом ли, политической активностью, профессией, а порой и просто громким криком на перекрестке, — как раз и имеют трибуну. Более того, активно ее используют, чтобы донести до масс свою позицию. 

Когда ты с этим сталкиваешься, размышляешь об этом, тогда, скажем, предостережение апостола Павла, содержащееся в послании к Титу, представляется актуальнейшим и для нашего времени:

«Ибо есть много и непокорных, пустословов и обманщиков... каковым должно заграждать уста: они развращают целые домы, уча, чему не должно, из постыдной корысти».

Это что значит — заклеить «пустословам и обманщикам» рты скотчем, пользуясь современными достижениями химической промышленности? Да ни в коем случае. Просто в обществе должна быть трибуна для другой точки зрения, а обеспечить ее обязано государство. Оно к тому же должно быть таким, чтобы люди имели в душе потребность говорить о своей любви к Отечеству.

Об этом приходится напоминать хотя бы потому, что у России сегодня не самые лучшие времена, и разъедание или подтачивание нравственных устоев может дорого всем нам обойтись. Мне трудно судить о различиях между московским патриотизмом и патриотизмом вообще. Думаю, это, в принципе, явления одного свойства. 

Но вот как известный музыкант Андрей Макаревич, имевший в некие времена огромнейшую популярность (да и сейчас ряды почитателей его таланта многочисленны), отвечает на вопрос о московском патриотизме: от одного этого слова (патриотизм) ему хочется «пойти потошнить».

Не более оригинальна журналистка и обозреватель «Эха Москвы» Ларина. Ее от этого слова тоже «тошнит уже какими-то червяками и вишневыми косточками». Еще в 2014 году Ларина призналась, что Родину она не любит давно и убежденно. 

Певец-композитор Максим Леонидов тоже раскритиковал чувство патриотизма в современной России. По его мнению, настоящее чувство любви к Родине подменили «квасным, дворовым и бандитским». «Прошлым веком» назвал воспитание в детях чувства патриотизма Юрий Шевчук.

А для Виктора Шендеровича российский патриотизм содержит агрессивный характер, демонстрацию силы, это классика психиатрии, тяжелейший комплекс неполноценности. «Патриотизм» и «русская идея», по Шендеровичу, — это любимые слова всех троечников. 

Чтобы не множить число цитируемых, прекращаю и оценки приводить, и имена называть. При этом задам себе и вам вопрос: там ли эти ребята обнаружили психиатрию, агрессивность, неполноценность и прочее? Может, носители нездоровья все же не те, кто считает себя патриотами без крика и брани, а как раз наоборот? Может, возбудители общественного нездоровья угнездились в других организмах, и потому самая, казалось бы, однозначная ситуация возбуждается в обществе до высоты общегосударственного уровня?

Вот, скажем, российское участие в конкурсе «Евровидение» и кандидатура Юлии Самойловой. Певица — глубокий инвалид-колясочник. Но ведь она там, на Украине, не бегать наперегонки с бандеровцами будет, а петь наравне со всеми. То есть речь о таланте и вокальном умении. Но ситуация намеренно политизируется. Загнанную судьбой девочку просто третируют. Вместо помощи и поддержки. 

Нисколько не удивляет позиция Украины. Там все своим порядком — это не иначе как провокация России. Люди до такой мерзости договариваются, что и людьми их назвать-то сложно: Россия для того, мол, посылает Самойлову, чтобы душевные радикалы, жалеючи ее, не могли забросать яйцами и облить зеленкой, что они давно и успешно освоили. Юля, движимая патриотическими чувствами, выступала в Крыму. А это страшное преступление по украинским меркам. И депутат Рады Геращенко говорит, что Юлию Самойлову надо пустить на Украину, но только для того, чтобы наказать ее за визит в Крым. Арестовать, наверное?

Тот же Геращенко счел участие России в «Евровидении» слагаемым «гибридной войны против Украины». Мы идем к очередной годовщине возвращения домой Крыма. Так вот некоторые люди, имена которых названы выше, и еще многие неназванные из числа «либеральной» общественности имеют по Крыму и Донбассу проукраинскую (читай — антироссийскую) позицию.

Снова повторяю: пусть, это их право. Но нельзя же падать так низко, чтобы даже певицу Юлию Самойлову ради этого не пожалеть, хотя в жалости лично она как раз не нуждается. Что вы себе думаете, ряды российских либеральных активистов тесно сомкнулись с украинскими интернет-пропагандистами. И запущена в сети «инвалидная Россия». И даже свой конкурс эти отморозки решили в Интернете провести, а назвали его так: «Выдумай оскорбление России и Самойловой пожестче». Не боюсь обобщений, поэтому воспринимаю агрессию против талантливой девочки как агрессию против своей страны. 

А что вы хотите? Есть кому тон задать. Режиссер, сценарист и актриса Рената Литвинова — удивительно талантлива. Да и Владимир Познер считается телемэтром. Но на программе «Минута славы», будучи членами жюри, они в оскорбительном тоне прокомментировали выступление нашего земляка Евгения Смирнова, выставив как ущербность его инвалидность и оставив на втором плане сам номер. Пришлось извиняться, когда общественность заметила циничное хамство деятелей культуры и не простила его. 

Но вернемся к теме. Понимают ли те, кто позволяет оскорбительный тон в адрес страны и ее представительницы Юлии Самойловой, что если бы на «Евровидение» послали Макаревича или Шевчука, на Украине их встретили бы так же? Или по-другому, как дорогих и любимых соседей? Ведь там ждали российского бойкота, самоизоляции нашей страны, что, кстати, предлагалось и некоторыми деятелями шоу-бизнеса внутри России. Но случился облом. Вот это их и нервирует.

Вот когда участвовала с политизированной песней украинская певица Джамала, которой принесла победу запрещенная на «Евровидении» политизированность, а все же не большой талант, все помалкивали. А вот теперь прогрессивная российская интеллигенция упражняется: как же — в Киев поедет певица, патриотично радовавшая своим искусством и паралимпийцев в Сочи, и жителей Крыма. Между прочим, на Западе, который весь целиком для российской либеральной общественности икона, на которую они молятся, такой особенный артист, как Юля Самойлова, получил бы безусловную поддержку.

Но вы же понимаете, либералу грешно, унизительно быть патриотом, которому предопределено стоять за своих, российских, по отдельности и целиком. Ведь он же, либерал, — человек мира, его могут волновать только общечеловеческие ценности, а не личность, талант, свершения одного маленького человека в инвалидной коляске. 

Да, вы же не поняли: это они так защищают несчастную девочку, которую выдвинула вперед страна Россия. Правда, при этом никто не спросил Самойлову, что она думает по этому поводу. А вот она настроена по-боевому, в конкурсе решила участвовать сама, хотя знает о возможном «теплом» приеме, который имеет ту же температуру, что и некоторая часть уже начавшихся проводов. 

Ведь трудно сомневаться в том, что в словосочетании «певица-инвалид из России» и для западных либерально мыслящих, и для наших именно вот это — «из России» — является самым важным раздражителем. Мы с вами далеки от мысли, что значимее «Евровидения» или «Минуты славы» ничего на свете нет. 

А вот уверенностью, что важнее человека нет ничего, как раз и держимся. Поэтому и ведем этот непростой, а порой и неприятный разговор. Прежде всего о самих себе. Всего вам доброго!
 Александр ГИКАЛО
Фото: pikabu.ru