Илья Филиппов: о влиянии полнолуния на джаз, музыкальном менеджменте

Илья Филиппов: о влиянии полнолуния на джаз, музыкальном менеджменте
Уже совсем скоро в Краснодаре стартует главное музыкальное событие осени - II Международный фестиваль GG Jazz (Garanian Gatov). Конечно, этому фестивалю не суждено было бы появиться, не будь в Краснодаре биг-бэнда имени Георгия Гараняна. Сегодня традиции прославленного Маэстро продолжает молодой дирижер, руководитель биг-бэнда Илья Филиппов. Он рассказал «ВК Пресс» о современной российской джазовой школе и о том, чем запомнится зрителям второй GG-фестиваль.

Уже совсем скоро в Краснодаре стартует главное музыкальное событие осени - II Международный фестиваль GG Jazz (Garanian Gatov). Конечно, этому фестивалю не суждено было бы появиться, не будь в Краснодаре биг-бэнда имени Георгия Гараняна. Сегодня традиции прославленного Маэстро продолжает молодой дирижер, руководитель биг-бэнда Илья Филиппов. Он рассказал «ВК Пресс» о современной российской джазовой школе и о том, чем запомнится зрителям второй GG-фестиваль.


- Илья, с музыкой вы связаны с детских лет, недаром воспитывались в очень музыкальной семье. Когда вы поняли, что ваше призвание именно в карьере музыканта?

- Такое осознание может быть и до сих пор не появилось. Просто есть вещи, которые мне нравится делать. Мне нравится играть на фортепиано, писать аранжировки, работать с оркестром. Но не нравится, например, играть этюды Черни. И я этого не делаю. Однако был такой переломный момент, который у многих называется момент выбора. Я учился параллельно в двух лицеях: один при консерватории, а другой – химико-биологический. И собирался поступать в медицинский университет. В какой-то момент понял, что страшно боюсь крови. Это вообще-то и заставило меня «завязать» с химией и биологией и полностью посвятить себя музыке. В результате я поступил в Ростовскую консерваторию.


- А джазом когда занялись?

- Буквально с первого класса музыкальной школы. Я учился в детской школе искусств №1 в Ростове-на-Дону. На тот момент вел джазовое отделение Адам Тирацуян, замечательный контрабасист и педагог. Он начал заниматься с моим старшим братом – теперь контрабасистом Павлом Филипповым. А я захаживал к нему на уроки. Было интересно, а потом втянулся и тоже начал заниматься.


- Когда Вас пригласили работать в биг-бэнд Георгия Гараняна, сразу согласились?

- Какое-то время я думал. Ведь это достаточно серьезный шаг для меня. Если я принимаю решение, долгое время ему следую. В результате я согласился. Стал пианистом в биг-бэнде. На должность руководителя и дирижера оркестра меня привело грустное стечение обстоятельств: не стало величайшего музыканта современности Георгия Гараняна. После него оркестром руководил дирижер из Екатеринбурга Виталий Владимиров. Ему было непросто приезжать сюда. И в какой-то момент меня вызвала Татьяна Гатова (генеральный директор ТО «Премьера») и предложила новый вид деятельности. Точнее она сказала, что у меня теперь новая работа. Спорить с Татьяной Михайловной невозможно, да я и не собирался этого делать. Для меня это очень интересный опыт. На дирижера я никогда не учился, да и такой специализации, как джазовый дирижер, нет. Это такая специфическая деятельность, которая рождается именно из сочетания исполнителя и аранжировщика. На репетиции я могу сидеть перед оркестром, а на концерте - за роялем, но все задачи музыканты будут выполнять.


- Как изменилось творческое направление в коллективе после того, как вы встали «у руля»?

- Я поставил для себя целью сохранять традиции Георгия Гараняна. Он был очень прогрессивным человеком. Если вы посмотрите всю его музыкальную историю, он всегда был впереди: одним из самых первых стал применять электронные инструменты, выезжать с концертами за границу. Ансамбль «Мелодия», который он возглавлял, получил всенародное признания и международную популярность. Все это - благодаря прогрессивному руководителю с бешеным багажом знаний традиционного джаза. И вместе с тем, не пренебрегающим новыми технологиями, современными инструментами. Если вы посмотрите его учебник по аранжировке, который был выпущен в семидесятых годах, там уже описана работа с секвенсором, с компьютером. В те годы, он уже умел с этим работал и прекрасно применял на практике (что и в наши дни не всегда встретишь). Для себя я решил, что оркестру нужна именно такая политика: при соблюдении традиций, свинговой старой школы, параллельно мы ищем новое, экспериментируем со стилями и жанрами, создаем современную музыку. Яркий пример достижение будет продемонстрирован на фестивале. Биг-бэнд выступит с саксофонистом из Лос-Анжелеса Бобом Шеппардом. Мы будем исполнять ту музыку, которая сегодня звучит в Америке, оркестровый современный джаз. Очень интересная программа получилась и с Vinx. Я написал для него аранжировки. Музыка более, чем современная: смесь хип-хопа, соула, немного джаза, регги, рока, - такой вот насыщенный симбиоз всех стилей. И все это будет исполнено с оркестром, биг-бэндом Георгия Гараняна.


- Можно сказать, что у российских джазовых коллективов есть свой особенный стиль?

- Сегодня в России нет отдельно «стиля» джаза. Было такое понятие, как советский джаз – это та музыка, которую Георгий Арамович играл еще в «Мелодии»: произведения Цфасмана, Саульского, Лундстрема, – тех советских корифеев, которые, несмотря на запрет, творили настоящие чудеса. Им удалось не просто сохранить, но и развить, придать джазу какую-то новую форму. Советский джаз – вполне точный жанр, который существует в музыкальной истории. Сегодня же Россия открыта, все перемешано. Как музыка в Нью-Йорке: туда приезжают музыканты со всей планеты, соответственно, разных национальностей, разных предпочтений, стилей. Они несут свой фолк. Когда все это перемешивается, мы получаем те уникальные произведения, ярких артистов. По сути, в этом и заключается основная цель – поиск чего-то нового, необычного.

В то же время не могу сказать, что все существующие направления в джазе можно разделить территориально. Это зависит от личности, от конкретного музыканта. Есть люди, которые играют только свинг, более того они считают, что все остальное – не джаз. Также я знаю тех, кто терпеть не может свинг, они считают, что это уже не джаз.


- Когда вы пишете музыку, уже знаете, как она должна прозвучать в результате?

- Я вижу только основную канву. А как она заполнится, зависит от того, кто будут играть. Стараюсь писать музыку под составы, под каждого исполнителя отдельно, зная диапазон каждого, скорость игры, читки с листа, - все это нужно учитывать, тогда получается хорошо. Джазовые музыканты – это в первую очередь музыканты индивидуальностей. Исполнение одной композиции меняется от концерта к концерту. Зависит это от абсолютно неожиданных факторов: политической ситуации в стране, давления, полнолуния… Из-за этого тот или иной технический процесс происходит быстрее или, наоборот, медленнее. Обратите внимание, когда мы слушаем великие записи одних и тех же произведений, они звучат настолько по-разному, что порой становится удивительно.


- Проходить стажировку за границей - обычная практика для джазовых музыкантов. Неужели российским университетам-консерваториям совсем нечего предложить молодым дарованиям?

- Есть в Ростове удивительная и уникальная джазовая школа имени Кима Назаретова. Я считаю ее одним из феноменов отечественной образовательной структуры. Ее ученики играют зачастую лучше, чем студенты музыкальных вузов. При школе есть бесподобный детский джазовый биг-бэнд, который легко может конкурировать с профессиональными взрослыми коллективами. Многие ее выпускники сегодня учатся за границей, потому что после такой базы в российской образовательной системе им делать нечего.

В Москве есть замечательный педагог Александр Осейчук – основной «поставщик» джазовых музыкантов в России. Вот он действительно педагог мирового уровня. Здесь нам есть, чем гордиться. У него, кстати, учился и Андрей Красильников, который будет выступать на фестивале в «русский день».

Наше отечественное образование всегда было сугубо профессиональным. Сейчас музыкальный рынок изменился. Музыканты всегда пропускают такую позицию, как менеджмент. Многие вообще кроме музыки больше ни о чем не хотят слышать. После стажировки в Америке, где я увидел, что даже блестящие музыканты без продуманного менеджмента ничего не могут сделать, я стал уделять этому внимание. Это жизнь, рынок, ничего тут не поделаешь. Так как Россия все больше интегрирована в мире, музыканты общаются с коллегами из других стран, тем больше эти законы становятся необходимы и начинают работать.


- Вы тоже занялись преподавательской деятельностью.

- Да, есть такое дело. Я начал преподавать недавно в краснодарском Межшкольном Эстетическом Центре, аккредитованном в ЮНЕСКО. В школе представлено много образовательных направлений по всем видам искусства. Но джазового - не было. Поэтому вместе с директором Маргаритой Амбарцумян мы решили восполнить недостаток. Постепенно все больше детей приходит на мои уроки. Некоторые пока просто заглядывают в кабинет и спрашивают, можно мы к вам придем, научите нас. Это здорово.


- У ребенка должна быть музыкальная подготовка или еще какие-нибудь навыки?

- В первую очередь у ребенка должен быть интерес. Если его нет, ничего не получится. На первом уроке я задаю очень много вопросов, чтобы понять, какую музыка слушает ребенок, как он себя видит в будущем, что для него важно – такой, своего рода, вступительный тест. Пока что все, кто ко мне пришли – действительно заинтересованные ребята. Я стараюсь им рассказать все, что поможет в дальнейшем творчестве.

Детей я принимаю, конечно, с подготовкой: минимум пять лет в музыкальной школе. Совсем маленьким нужно еще поставить аппарат, обучить технике, у меня нет времени на это. Я хочу больше рассказать о джазовой музыке, джазовой эстетике, о традициях, правилах импровизации. Мышление джаза несколько отличается от того, к которому мы привыкли в академической школе.


- В рамках II Международного фестиваля GG Jazz некоторые джазмены планируют провести мастер-классы. Уже известно, кто сможет поделиться опытом с краснодарскими музыкантами?

- Да. При поддержке творческого объединения «Премьера» и австрийского некоммерческого культурного партнерства World Jazz, Art & Music (J.A.M.) 8 ноября в МЭЦ пройдет мастер-класс вокалиста Vinx. Он преподает в Бостонском Институте музыки Беркли. Кроме того, Vinx успешно выступает с сольными концертами, воплощает в жизни уникальные проекты с участием известных джазовых коллективов. А 9 ноября мастер-класс проведет Боб Шеппард. Этот музыкант играет практически на всех видах духовых инструментов. К тому же он педагог – преподает в Лос-Анджелесе. Он с удовольствием согласился поделиться своими знаниями с детьми.


- Продолжать традиции такого образовательного сотрудничества за рамками фестиваля вы планируете?

- Разумеется. Я обсуждал этот вопрос с джазовым певцом, преподавателем The Prince Claus Conservatory в Гронингене (Голландия) Джей Ди Уолтером. Он очень подробно рассказывал, как проходит образовательная система, в Европе, в штатах. Я буду стараться действовать именно по этому механизму: приглашать максимально большое количество разнообразных артистов, может быть даже не всегда джазовых (мир ведь не ограничивается только джазовой музыкой), чтобы эти люди передавали свои знания здесь, может и сам чему-то поучусь.


- Поделитесь творческими планами?

- Я планирую выпустить диск, неизданный Георгием Гараняном. Очень хочу отдать дань уважение этому музыканту. Это третий альбом биг-бэнда, он не был выпушен при жизни Маэстро. Надо довести его до логического завершения. Кроме того, я хочу записать свою музыку с этим оркестром. Для меня это было бы огромное счастье.

Анастасия Воронович

Специально для «ВК Пресс»


Радио «Краснодар»