" />

Валерий Гергиев: Слова не нужны. Говорить должна музыка.

Валерий Гергиев: Слова не нужны. Говорить должна музыка.
10 сентября Мариинский театр под руководством Валерия Гергиева дал три концерта в Краснодарском крае. Музыканты посетили разрушенную стихией детскую музыкальную школу города Крымска и выступили для местных жителей. Вернувшись в Краснодар, артисты дали еще два концерта: бесплатный для учеников музыкальных школ, а также дали оперу Доницетти «Лучия ди Лиммермур». Все эти концерты приурочены к Юбилею Краснодарского края, который 13 сентября отмечает свое 75-летие.
10 сентября Мариинский театр под руководством Валерия Гергиева дал три концерта в Краснодарском крае. Музыканты посетили разрушенную стихией детскую музыкальную школу города Крымска и выступили для местных жителей. Вернувшись в Краснодар, артисты дали еще два концерта: бесплатный для учеников музыкальных школ, а также дали оперу Доницетти «Лучия ди Лиммермур». Все эти концерты приурочены к Юбилею Краснодарского края, который 13 сентября отмечает свое 75-летие. 

В перерывах между концертами Валерий Абислович смог провести пресс-конференцию, где говорил о том, что такое великая итальянская опера, сколько стоит хорошая акустика и как нужно работать с детьми. 

- Большинство ваших наград вы получили не на родине. Россия обделила вас признанием? 

- Если я еще чего-то недополучил, то уж ты за меня, Степа, отыграйся. Раз уж ты уделил время изучению этого вопроса, то уж желаю тебе грудь в орденах и наградах. В я и Россией не обижен. 

- А в Лондонском оркестре есть выходцы из нашей страны? 

- Ну, есть. Я. Вот уже лет 8 им руковожу. Ну, и кроме меня, конечно же, есть. Скрипачи, виолончелисты. Наши музыканты соответствуют высокому уровню. 

- А почему именно Доницетти? 

- После страшных событий, случившихся на Кубани всего 2 месяца назад, хотелось привести в ваш край то, что может дать великая итальянская опера: блеск, восторг, трагедия. Я верю в то, что в тяжелое время испытаний, должны звучать такие произведения, где есть великая энергия жизни. Поэтому – Доницетти. 

- Вы часто выступаете для молодых музыкантов. Какие сейчас есть проекты? 

- Расскажу историю, случившуюся совсем недавно. В Кардифе, это Уэльс, нам от коллег поступило предложение о том, чтобы Мариинский выступил с детским хором. Я согласился и не придал тогда значения: ну, хор и хор. Но что сделали уэльсцы! Они собрали 86 трудных детей, которые ни малейшего отношения к музыке, пению и нотной грамоте не имеют. И, когда я увидел, что эти дети наизусть на немецком выучили и исполнили Восьмую симфония Малера… Глаза загорелись. Я заявляю, что, если в регионе смогут отобрать 100 детей, не имеющих отношений к музыке, и научить их петь, то Мариинский обязуется дать бесплатный концерт совместно с ними. Это очень дорого, но мы пойдем на это. Это невероятный проект. 

- Вы проводите мастер-классы, что в них хотите донести? 

- Гораздо больше времени я уделяю Конкурсу Чайковского – нужно, просто необходимо вернуть ему былую славу, былой престиж. Если я позанимаюсь с юными дирижерами на мастер-классе, это, определенно, поможет им. Но для этого есть педагоги. А я считаю, что все в руках победителей. Чтобы это не звучало цинично, объясняю: все победители Конкурса Чайковского должны звучать в мире. Им нужно помогать всего год-два, дальше они пойдут сами. Только это может показать наш уровень. Поэтому вернуть престиж Конкурсу Чайковского для меня задача важнее, чем давать мастер-классы. 

- Отличается ли российская публика от зарубежной? 

- Наша аудитория, определенно, моложе. И это very good, это очень важно. Говорит о том, что у нашего театра растет достойная публика. Любую публику нужно уважать, неважен ее возраст, но когда встречаешь 14тилетние, 15тилетние, даже 20тилетние лица – это особое чувство. Нельзя сказать, что где-то публики лучше, или хуже. Если публике скучно на концерте – не она виновата. Публика всегда права, поэтому, лучше сначала заглянуть в себя, а потом – приниматься ругать плохую публику. 

- Вы много участвуете в благотворительности, какие чувства внутри вас это вызывает? 

- Знаете, мне всегда не очень приятно, когда после таких событий, как наводнение в Крымске, артисты начинают рассказывать, сколько средств они перечислили, сколько концертов в поддержку дали… Концерты – не для того, чтобы о них говорили артисты. Они – для людей. Которые потеряли все. Не нужны лишние слова, говорить должна музыка. У нас отпуск заканчивается 18 числа, но мы все равно приехали. Концерты были на грани срыва – но мы сразу решили, сколько бы денег и усилий нам это ни стоило, мы приедем в Крымск. И это очень важно – видеть лица этих людей, когда ты играешь для них. Вот такие эмоции у меня вызывает благотворительность. 

- Не каждая сцена подходит Мариинскому. В Краснодаре нужен концертный зал? 

- Да. Нам с вами, или вам с нами, необходим зал. Мы построили очень много плохих залов, и это проблема не только Краснодара. Куда ни приедешь: зал есть, акустики – нет. Нужно строить хорошие, и не очень дорогие залы – народ просто не поймет многомиллиардных строек. Это возможно. Приезжайте в Петербург и приходите в зал, который Мариинский театр построил для себя. Всего за миллиард рублей. Я не люблю говорить об этом, а то будут потом рассказывать, как Гергиев учил всех жизни. Но вы спросили прямо – и я ответил прямо. Мариинский в изумительной акустике сверкает так, что можно ослепнуть. 

- А какой ваш любимый композитор? 

- Любимый композитор – это тот, музыку которого ты играешь сейчас. Потому что нет смысла играть того, кого ты не любишь. Сегодня мой любимый композитор – Доницетти. И зрители обязательно это почувствуют.

Жанна Бурлак.
Специально для "ВК Пресс".
comments powered by HyperComments