Дичаем помаленьку: субъективные заметки о педагогике наизнанку и моральном унижении подростков

Дичаем помаленьку: субъективные заметки о педагогике наизнанку и моральном унижении подростков
Один мудрый человек справедливо заметил, что только вселенная и глупость бесконечны. Вот о глупости, обжигающей как крапива, я и хочу поговорить. Списал на ЕГЭ, воспользовался шпаргалкой? Плати штраф!
Вот такое удивительное событие произошло в Санкт-Петербурге, который показал двум 17-летним пацанам, где раки зимуют, а быть может, даже и кузькину мать…

…Позволю себе небольшое отступление, которое, думаю, гармонично вписывается в тему нашего разговора.

Это было много лет назад. Я, тогда студент-первокурсник ЛГУ, выступал за сборную университета в первенстве вузов города по баскетболу. Играли, по-моему, с «Гидрометом», да в принципе это неважно — с кем.

Важно, что я «завелся» и едва ли не после каждого свистка подбегал к арбитру выяснять отношения. Судья, высокий мужчина зрелого возраста, долго терпел мои наскоки.

Потом остановил игру и вместо того, чтобы удалить меня с площадки за неспортивное поведение, обнял за плечи и, усадив меня на скамейку, тепло, можно сказать, по-отечески поговорил со мной. Мне стало стыдно.

Знаете, кто явился моим сиюминутным наставником?

Георгий Удьяшенко — арбитр международной категории, почетный судья ФИБА, гордость питерского и отечественного баскетбола. Для него, человека взрослого, и известного, я был еще мальчишкой, который нуждался в добром слове, а не формальном наказании. Бывают в жизни ситуации, когда мораль выше буквы закона…

В тот вечер я понял, что Ленинград действительно какой-то особенный город, не такой, как все. И потом, с течением времени, убеждался в этом на каждом шагу. Более полувека прошло, а я до мелочей помню лекции Виктора Мануйлова, ученого литературоведа с мировым именем.

А еще Виктор Андроникович был примечателен тем, что любил студентов. Поставить кому-нибудь тройку было для него мучительно больно. Он убеждал своих незадачливых собеседников в том, что они знают больше и им просто не повезло. Уговаривал пересдать экзамен, что он будет рад их видеть… Он любил молодежь, понимал ее…

Помню один комичный случай. Как-то несся по коридору как по беговой дорожке и вдруг… уткнулся во что-то мягкое. Оказалось, это живот Аристида Ивановича Доватура, преподавателя кафедры греческой мифологии, которого я каким-то чудом едва не сшиб с ног. Аристид Иванович изумленно смотрел на меня.

Спросил, улыбаясь:

 «И откуда такой пострел?» — «Из Краснодара», ответил я, не зная куда деваться от стыда. «Кубанский казак, значит! — чему-то обрадовался он. — Что ж, в добрый путь, дерзайте, молодой человек, грызите гранит науки!..».

Ленинграда давно уже нет. По воле Собчака, бывшего мэра, город переименовали в Санкт-Петербург. Никак не могу с этим смириться. Если уж захотели вернуть городу имя Петра, то почему — не Петроград? Бург — чужое слово, в русском языке такого нет.

И вообще, город тоже стал чужим, холодным. Теперь преподаватель университета может убить студентку, разрубить на части и попытаться скрыть свое преступление в водах Невы, а ректор — призывать убрать из школьной программы «Войну и мир» Толстого?!

В мои студенческие годы ректором ЛГУ был академик Александр Данилович Александров, ученый математик с мировым именем, мастер спорта по альпинизму. Под стать ему был профессорско-преподавательский состав…

Да что там говорить — за университетскую сборную по баскетболу играли кандидат химических наук Александр Данилов, в будущем ректор Ленинградского технологического университета, Вадим Фомичев, ставший впоследствии докто-ром физических наук, директором физического института (написанная им курсовая на третьем курсе стала стержнем кандидатской диссертации). Михаил Холмов, капитан сборной факультета журналистики, защитил докторскую, преподавал на родном факультете…

Это была команда интеллектуалов, которую тренировал выдающийся тренер Виктор Иванович Рудакас, человек высокой культуры, понимавший музыку, разбиравшийся в живописи. Представляете, кем он для нас был?! Мы просто обожали нашего Рудю, как мы его называли.

Сегодняшний Санкт-Петербург тоже удивляет, но только со знаком минус. Очередной скандал в культурной столице России случился во время сдачи ЕГЭ. То, что случилось в просвещенном Питере, ну ни в какие ворота не лезет.

Двух школьников из Санкт-Петербурга отправили на скамью подсудимых, а суд оштрафовал ребят на 3000 рублей! За что? Какое преступление могли совершить учащиеся, находившиеся в стенах школы?

Вы и представить себе не можете, на что эти пацаны пошли. Решили воспользоваться шпаргалками на ЕГЭ. Александр Маточенко — на экзамене по истории, Олег Хрусталев — по русскому. На самое святое замахнулись — честность.Да как они посмели, как они могли?! Пусть же ответят за содеянное.

«Не может быть!» — воскликнете вы. «Да что они там все с ума посходили?!« — еще более эмоционально отреагировала на случившееся эпатажная Серна Михайловна, секретарша Полыхаева, главы «Геркулеса» из романа Ильфа и Петрова «Золотой теленок».

Вот чего не знаю — того не знаю. Но факт сурового наказания подтверждаю.

Вот что рассказал журналистам один из «преступников» Александр Маточенко:

— 13 июля сдавал ЕГЭ по истории. Для подстраховки взял с собой пособие. Разорвал его на четыре части, засунул в носок и прикрыл джинсами. Через два часа попросился выйти в туалет — нужно было подсмотреть дату Ништадтского мира.

За судорожным перелистыванием и застал юношу один из членов экзаменационной комиссии. Саша понял, что допустил роковую ошибку: не закрыл за собой дверь.

А дальше события развивались классически просто. Член комиссии, который, наверное, гордится своим поступком (как же, взял с поличным! — В.А.), доложил кому следует.

Выпускник расписался на своих бланках, поставил галочку, подтверждающую, что его удалили с экзамена, разумеется, написал объяснительную и отправился домой…

Кстати, на суде обвиняемый не присутствовал. У него не было маски, и о приговоре он узнал в коридоре.

— Судить из-за списывания на экзамене — полный бред, — считает вчерашний школьник.

И ведь он прав! Списывали в школе во все времена. Списывали все, даже отличники и хорошисты. Но никогда никому не приходило в голову решать это обычное и по существу безобидное дело через суд, с помощью штрафа. Более того, учителя даже пытались помочь ученикам на экзамене… Непедагогично? Формально, конечно, да, непедагогично.

Но учителей можно было понять — они любили своих учеников, переживали за них. Вспомните прекрасный школьный фильм «Доживем до понедельника».

Признаюсь, когда я узнал о случившемся, стал обзванивать своих друзей и знакомых, интересоваться мнением по этому вопросу. В ответах было всего два слова — идиотизм и маразм!

А беседовал я с людьми в основном известными, и среди них было немало педагогов, преподавателей. Представители старшего поколения вообще восприняли это как неудачную шутку.

Нет, к сожалению, это не шутка и ни чье-то самоуправство.

Оказывается, есть даже соответствующая статья на сей счет. Процитирую сообщение объединенной пресс-службы судов Санкт-Петербурга: «Мировой судья судебного участка № 46 Калининского района г. Санкт-Петербурга вынес постановление о привлечении к административной ответственности Александра Маточенко за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 19.30 КоАП РФ». Уточняется, что школьник пронес шпаргалку на ЕГЭ по истории.

Сейчас, как выяснилось, школьник, отправляясь на экзамен, должен не только обладать соответствующим знаниями по тому или иному предмету, но и понимать, что за умышленное нарушение порядка проведения экзамена его ждет аннулирование результата ЕГЭ, а также… повестка в суд, который может наложить штраф от трех до пяти тысяч рублей. Не хило, что говорить. При таком подходе к делу о бюджете можно не беспокоиться.

Должностным лицам, то есть взрослым, учителям, грозит штраф от 20 до 40 тысяч рублей.

Ну тут все понятно. Взрослые на то они и взрослые, чтобы соблюдать порядок. Ну, а дети здесь при чем? Конечно, списывать нехорошо, только какое же это правонарушение — списывание, пусть и на экзамене.

Обыкновенная детская хитрость, уловка. А из мухи раздули слона. Вам самим, участникам «операции» по поимке нарушителя, за свои последующие действии не стыдно? Следить за учеником, чтобы застукать его со шпаргалкой в туалете?! Это низко для учителя.

Ну подождал бы его у двери, поговорил и отправил в аудиторию продолжать подготовку к ответу на вопросы в билете. А он привел его к коллегам, членам комиссии: «Вот он, правонарушитель! Пойман с поличным!».

На этом можно было бы остановиться. Нет, не остановились. Еще суд, штраф… Что это? Показательная порка — чтобы другим неповадно было? И чего ждать дальше? Честное слово, не удивлюсь, если вскоре со школьников начнут через суды взыскивать штрафы за неудовлетворительные оценки, за баловство на уроках.

К этому идем, к этому… А что? Разве хорошо учиться это не обязанность школьников?!

Что с нами происходит? Что в наших головах? Похоже, мы сами того не ведаем, что творим. ЕГЭ стал каким-то идолом, который в нашем среднем образовании, когда-то лучшем в мире, все перевернул вверх дном, поставил с ног на голову.

Почему и зачем ребят отправляют на экзамен в другие школы, лишая привычной атмосферы, обстановки, а эти обыски, слежки… В конце концов это школа или конц-лагерь? Теперь вот — суды, штрафы! Мы что, совсем очумели? Это ведь наши дети. Наши дети!

Я иногда задаюсь вопросом: почему тоталитарное, застойное время рождало столько ярких личностей — писателей, поэтов, музыкантов, ученых, медиков… А что теперь?!

Ответ прост. Школа прежде была другой — она давала знания, образование было другим — настоящим, благодаря которому мы добивались прогресса.

У молодежи был интерес к образованию, была тяга к знаниям. Теперь этого нет. Теперь нравственным ценностям грош цена, знаниям — копейка. А ведь это поколение с пустыми файлами в голове — наше завтра и послезавтра, это будущее нашей страны.

P. S.
Однажды к нам на факультет журналистики приехал заместитель главного редактора «Известий» Дмитрий Мамлеев. Эта встреча, конечно, стала для нас, будущих «акул пера», событием. Увлекательный разговор длился не один час. Говорили о разном. О политике, культуре, спорте, разумеется, о сути журналистской профессии. Коснувшись темы сенсации в газете, Мамлеев заметил в частности: «Сенсации — это не когда собака укусила человека, а когда человек укусил собаку».

А когда человек «кусает» человека, что и произошло в одной из школ Санкт-Петербурга, — это как, по-вашему, называется?

Судить 17-летних пацанов, штрафовать за шпаргалку на экзамене — это действительно бред какой-то.

Дичаем помаленьку, дичаем, если уж педагоги позволяют себе такое…Мне стыдно.

comments powered by HyperComments
Юля
Подкасты
База
Похожие материалы