Рижский памятник советскому солдату освободителю разделил страну надвое: продолжение противостояния в Латвии

Рижский памятник советскому солдату освободителю разделил страну надвое: продолжение противостояния в Латвии
Националисты Латвии потребовали уволить главу МВД за отказ разогнать людей у памятника. Национальное объединение «Все для Латвии» предъявило премьеру страны ультиматум: срочно уволить начальника МВД, который не отдал приказ о разгоне людей 9 и 10 мая перед памятником Освободителю.
Как известно, 9 и 10 мая к памятнику пришло много людей, которые возложили цветы к мемориалу советским воинам. Памятник утопал в цветах. А рано утром 10 мая бульдозер сгреб их в охапку и отвез на мусорку.
В этот же день жители Риги вновь принесли цветы к мемориалу, стали дежурить там. Однако активизировалась и группа националистов, они облили себя краской и стали лежать на проходе к памятнику.
Также в Риге задержали несколько граждан, в том числе девушку в бело-сине-красном платье.
В Пскове в знак солидарности с рижанами люди собрались у посольства Латвии и стали возлагать цветы у импровизированного памятника.
Глава Минобороны Латвии Артис Пабрикс осудил мэрию Риги за оскорбление чувств русскоязычного населения страны. Он заявил, что пинать цветы примитивно и недостойно. По его распоряжению выставили охрану у памятника.

Ранее писали: Мемориал памяти в Латвии вновь в цветах. Местные жители не дали осквернить память. Вчера памятник воинам – освободителям в Риге утопал в цветах. Которые принесли местные жители. Но сегодня их не просто убрали, а кощунственно «затоптали».
Также по теме: Административное дело за память о Победе. В Латвии всю ночь у мемориала героям пели советские песни.  Местные жители принесли цветы еще раз. Но на этом решили не останавливаться. Люди собрались на митинг памяти, зажгли свечи и исполнили песни военных лет: «День Победы», «Катюша» и многие другие.
Читайте также: в Нью-Йорке женщина одна вышла на акцию «Бессмертный полк». Власти США запретили проводить патриотическую акцию в этом году. Но это не помешало 70-летней Татьяне выйти на улицу Нью-Йорка с портретом отца.