" />

Кубанское казачье войско: переформатировать отношение к кадетам

Кубанское казачье войско: переформатировать отношение к кадетам
Казачьи кадетские корпуса, а их на Кубани уже семь, рассматривались и рассматриваются как школа будущих атаманов. За пять лет обучения ребята набираются знаний об истории казачества, обычаях, традициях, культуре. Немало времени уделяется отработке навыков владения холодным оружием, различным видам единоборств.

На первый-второй рассчитайсь!

Выпускники корпусов, в которых вложено немало сил и средств — годовой бюджет каждого из корпусов обходится краевой казне в 500–600 миллионов рублей, — штучный товар. По идее, за каждым, кто покинул стены кадетского корпуса, нужно следить, помогать, привлекать в ряды хуторских и станичных казачьих обществ, вести по служебной лестнице. Увы, на деле получается не так, как задумывалось. Часть из воспитанников выбирают военную карьеру или уезжают учиться в другие регионы.

Недавно сотрудники краевого департамента по делам казачества и военным вопросам проанализировали данные о выпускниках казачьих кадетских корпусов — Новороссийского, Кропоткинского, Ейского и Бриньковского. Эти четыре корпуса подведомственны департаменту по делам казачества, остальные находятся в ведении краевого министерства образования, науки и молодежной политики. Само по себе подобное деление специализированных образовательных учреждений между двумя структурными подразделениями краевой администрации, на мой взгляд, не самый лучший вариант. Впрочем, это отдельная тема.

Из анализа информации о выпускниках четырех кадетских корпусов следует: 19 процентов проходят срочную службу в рядах Вооруженных Сил, 39 процентов поступили в учебные заведения военных и силовых структур, 45 процентов учатся в гражданских вузах, колледжах, техникумах.
Соотношение выпускников прошлого года, избравших военную и гражданскую карьеру, примерно 50 на 50. Подобная тенденция была и пока сохраняется, что не устраивает правление Кубанского казачьего войска.

 Мы не можем запретить выпускникам кадетских корпусов поступать в военные училища. Хотя в системе Министерства обороны есть немало суворовских и нахимовских училищ, которые готовят кадры для армии. Мы хотим, чтобы выпускники шли в казачьи общества и со временем стали атаманами, — не раз говорил атаман ККВ Николай Долуда.

Как достичь цели?

Для начала взглянем на те 50 процентов выпускников кадетских корпусов, которые избрали военную стезю. Они делятся на несколько категорий: сыновья военнослужащих, в силу воспитания идущие по стопам своих отцов; ребята, увлеченные романтикой ратной стези. О будущих офицерах можно забыть на 20 лет. В лучшем случае они вернутся в казачьи общества после выхода в отставку.

Остаются еще дети родовых казаков, а также чада тех родителей, которые хотят переложить воспитание на плечи педагогов корпусов: дескать, там им ум вправят. Кто из них свяжет свою жизнь с казачеством? Скорее всего, дети потомственных казаков и те из выпускников, кто проникнется идеологией служивого народа. Для того чтобы это свершилось, требуется воздействие на сознание воспитанников корпусов преподавателей и воспитателей с одной стороны и казаков — с другой.

Дело, а не слово

Года три-четыре назад о будущем выпускников кадетских корпусов говорили, но эта тема не была приоритетной. Сейчас они стала стратегической. Через некоторое время уйдут атаманы, которым сейчас 60 и более лет. Кто придет им на смену? По идее, это должны быть молодые, образованные, мыслящие современными категориями, сохраняющие традиции и обычаи предков казаки. Выпускники кадетских корпусов подходят под эти критерии по всем статьям. По крайней мере большинство из них. Осознав, что будущие атаманы уходят, войско всерьез начало битву за кадры.
Начало было положено, когда Совет атаманов принял решение о снижении возрастного ценза казачат. Если до 2017 года в первичную организацию вступали в 18 лет, то сейчас — с 16. Правда, в их отношении действуют два ограничения: они не привлекаются к несению государственной службы и обладают правом совещательного, а не решающего голоса на сборах.
Кадеты стали участвовать в заседаниях советов атаманов и сборах. В свою очередь, казаки стали постоянными участниками заседаний советов атаманов корпусов, казачьего кадетского суда чести, где рассматриваются проступки товарищей. В корпусах организована подача прошений о приеме в казачьи общества по месту жительства.

Можно перечислить еще несколько направлений, но не станем уходить в частности, а лучше обратим внимание на проблемы, из-за которых теряются кадры.

Формализму — бой!

В корпусах выработана система контроля за кадетами и во время учебного года, и в каникулы. После окончания отдыха каждый воспитанник обязан представить в корпус отзыв атамана казачьего общества о работе ребят. Смысл в том, чтобы и во время каникул связь с казачеством не прерывалась, а укреплялась. Ответственные атаманы всячески привлекают казачат к соревнованиям, поминовениям, показывают жизнь казачьего общества изнутри. Получается, что ребята подкрепляют свои теоретические знания на практике.

Увы, ответственных атаманов не так много, как хотелось бы. Кое-кто отмахивается от кадет словно от назойливой мухи. Большинство таких случаев происходит в хуторских обществах. Есть и такие, где штаб стоит на замке от сбора до сбора. В итоге из-за формального, наплевательского отношения местных «батьков» у кадета складывается отношение к казачеству в целом. В корпусе его учат одному, а на деле он видит совершенно другое. Справку-отзыв о его деятельности на каникулах добудут родители, выставив атаману подношение. Станет ли подросток, видя все это непотребство, связывать свою дальнейшую жизнь с казачеством? Вряд ли.
Поэтому, на мой взгляд, необходимо в корне изменить отношение к подобным случаям, носящим массовый характер.

Во-первых
, в обязательном порядке кадеты должны представляться атаману районного общества. Как правило, на этом уровне и штаб работает, и казаки там занимаются делом. В зависимости от ситуации атаман РКО либо закрепляет за кадетом казака, либо сообщает о нем атаману первичного общества, чтобы тот взял его на контроль, привлекал к работе в штабе, в детском летнем лагере и так далее.

Во-вторых
, атаманы районных обществ или назначенные ими казаки периодически должны узнавать о том, чем занимаются кадеты.

В-третьих
, включить в цепочку «корпус — атаман» муниципальное отделение Союза казачьей молодежи. Ведь ребенку или подростку в кубанке куда проще найти общий язык со сверстниками или теми, кому 20–25 лет, чем с атаманом, которому 50 лет и более. Есть смысл пересмотреть положение об отзыве и дать право лидерам молодежной организации ставить подписи вместе с атаманами или вместо атаманов.
Ну, а тех, кто насмотрелся фильмов и думает, что армейская служба — это сахар, брать на военно-полевые сборы отделов и гонять по полной программе, как взрослых. Глядишь, и романтику как ветром сдует.
Развивая мысль атамана Кавказского отдела Сергея Бикеева о том, что отныне штаб будет учитывать работу по наставничеству в качестве одного из основных критериев в оценке атаманов казачьих обществ, я бы добавил такие же требования к атаманам по отношению к кадетам. Причем отчитываться атаманы или уполномоченные ими казаки должны индивидуально за каждого кадета.

Еще одна проблема — безработица в сельской местности, вынуждающая молодых казаков уезжать из своих станиц и хуторов. Решить проблему их занятости с таким незначительным земельным фондом, находящимся в аренде у казаков, нереально. Нужна земля, земля и еще раз земля. Плюс поддержка края и государства в целом. Иначе силы и средства, затраченные на обучение и воспитание кадет, не дадут эффекта. В лучшем случае мы получим воспитанного молодого человека и не более того.

Читайте также: Пули из дерьма: кто очерняет кубанское казачество
Ефим
Подкасты
База