" />

Отбросить стереотипы как ненужные гири: о казачьем образовании

Отбросить стереотипы как ненужные гири: о казачьем образовании
Совсем скоро начнется новый учебный год. Насколько готовы к этому казачьи школы? Точнее, не сами школы, а педагоги и казаки-наставники? Все ли возможное сделано для тех, кто будет не только учить, но и воспитывать казачат?

Ретроспектива

В последние два-три года войсковое правление, осознав, что казачье образование начало пробуксовывать из-за диспропорции между количеством классов и числом наставников, начало предпринимать меры для исправления ситуации. Атаман ККВ Николай Долуда провел кустовые совещания с начальниками управлений и отделов образования, директорами казачьих школ, педагогами. Его заместитель Константин Перенижко по такому же кустовому принципу работал с казаками-наставниками. Было проведено несколько семинаров, мастер-классов, начался процесс обмена опытом. Казалось бы, столь серьезные, целенаправленные усилия должны дать результат, который хотя бы частично был равен затраченным усилиям.

Что пока имеем на самом деле? Помощник атамана ККВ Евгений Мартынов объехал почти треть школ. Картина, увы, нерадостная. Школы, где работают наставники, где имеются журнал их посещений, календарно-тематические планы занятий, соглашения между казачьим обществом и учебным заведением, можно пересчитать по пальцам.

Какие выводы сделаны после выборочной проверки по устранению недостатков? Нужно везде ввести журнал казака-наставника, в котором будет отражаться качество знаний, по согласованию с управлениями образования утвердить календарно-тематический план занятий на учебный год, определить единый день посещения наставниками казачьих школ. Плюс заключить договор о сотрудничестве по духовно-нравственному воспитанию учащихся казачьих школ и классов казачьей направленности между районными казачьими обществами, управлениями образования и благочиниями районов. Ежемесячно проводить контроль качества работы казаков-наставников.
Эти меры, изложенные в письме казачьего генерала Николая Долуды в адрес атаманов отделов, районов и первичных обществ, дадут какой-то эффект, но не решат проблем, накопившихся в казачьем образовании. Сложившийся подход нужно ломать в корне, исходя из того, что на 4100 классов (эта цифра наверняка устарела, классов казачьей направленности в этом году будет больше) приходится 1600 наставников.

Инженеры детских душ

Начнем с учителей. Все ли они готовы работать с казачьими классами? По какому принципу директора школ закрепляют за казачьими классами тех или иных педагогов? Кто-то пытался вникнуть в этот вопрос? Приведу соображения, высказанные наставниками нескольких казачьих школ. Часть учителей негативно воспринимают все, что связано с казачеством. Причин тому несколько. В первую очередь влияет территориальный фактор. Приезжие педагоги, ранее нечего не знавшие о казачестве, его культуре, истории, естественно, считают это направление ненужным. Кто-то из инженеров детских душ не видит смысла тратить время на вопросы, не связанные с образовательным процессом. Кроме того, в казачьих классах нужно не только преподавать кубановедение, но и заниматься духовно-нравственным, историко-краеведческим, героико-патриотическим направлениями, входящими в так называемый казачий компонент. И все это — за ту же самую зарплату.

— Педагоги, работающие в казачьих классах, несут двойную нагрузку: образовательную и воспитательную. Это никак не отражается на их зарплате. Была бы доплата, хотя бы две тысячи — и у них появился бы стимул, — считает директор казачьей школы № 66 Крымского района Сергей Липоневичус.

Правда, эти слова были сказаны в прошлом году, когда цены не так зашкаливали, как сейчас.
Знаний по истории, культуре, об обычаях и традициях казачества у некоторых учителей не хватает. Им приходится тратить время на поиски материалов, поскольку единого методического пособия пока нет. Да и появись оно — все равно всего, что связано с богатой казачьей историей в него не включишь. Есть масса сведений, относящаяся к тому или иному району Кубани, которые нужно собрать, систематизировать, осмыслить и включить в программу обучения.
Что делать? Вижу два пути. Первый — провести аттестацию учителей, работающих в казачьих классах. Пусть хотя бы ответят на вопросы, включенные в казачий диктант.

Второй — провести анкетирование учителей, чтобы определить, кто из них хочет и способен работать с казачьими классами. Исходя из этого и назначать учителей. Это должны быть люди, увлеченные, склонные к самообразованию, не боящиеся дополнительной нагрузки, творчески мыслящие, желательно потомственные казаки. Нужно ввести для таких учителей доплату из регионального или муниципальных бюджетов. Тех, чьи ученики показывают хороший уровень знаний по казачьей тематике, премировать. Денег жалеть не стоит. Во-первых, они не такие уж и большие, во-вторых, эти затраты окупятся сторицей.

Кто ты, наставник?

Работа с людьми — одна из самых сложных. Когда же речь идет о детях, сложность возрастает многократно. Не каждый человек способен работать с ними. Тут влияют и личностные качества, и педагогическое образование (хотя встречаются такие самородки, которые о Макаренко или Ушинском слыхом не слыхивали, зато с детьми моментально находят общий язык), и желание.

Если составить портрет среднестатистического казака-наставника, скорее всего, это будут мужчины 45–50 лет, со средним образованием, состоящий в казачьем обществе более 10–15 лет. Рассказывая об истории казачества, они скорее опираются на свои познания, чем на методические пособия, предпочитают практические занятия теории. Педагогического образования у большинства из них нет, что само по себе создает проблему.

— Нужно, чтобы казаки-наставники прошли краткосрочные курсы и получили удостоверения. Тогда они повысят свой уровень и смогут работать в школе, — считает наставник школы № 5 поселка Ахтырского хорунжий Геннадий Гринченко.

С ним познакомился в школе № 17 в станице Холмской, где проходил семинар для наставников казачьих классов. Путь правильный, и многие из наставников готовы сесть за парту. А кто возьмет на себя затраты на обучение?
Практически все наставники работают на общественных началах. К своим подопечным они приходят в свободное от работы время. Кто может посещать школу днем, когда идут уроки? Немногие. В основном пенсионеры, те, кто работает во вторую смену, кто трудится вахтовым методом, плюс часть атаманов, урывающих для этого час-два. Пока наставники будут работать бесплатно, с них ничего не спросишь. Это раз. Качество их работы, а значит, и знания казачат вряд ли будут высокими. Это два.
Да, атаманы районных и хуторских обществ, у которых есть земля, поддерживают наставников. Как правило, выплаты носят разовый, премиальный характер. Атаман Павловского РКО Николай Смирнов создает специальный фонд, за счет которого по итогам учебного года 40 тысяч рублей получит лучшая школа. Три преподавателя, чьи классы покажут высокие результаты, получат по 20 тысяч, десяти лучшим наставникам выплатят по пять тысяч. Есть подобные примеры и в некоторых других обществах. Но как быть тем атаманам, у которых нет земли или она такая, что без слез на нее не взглянешь?

Как ни крути, нужна бюджетная поддержка. В Краснодаре нашли средства для десяти ставок. Неужели в других муниципалитетах не могут найти денег? Почему бы не пойти по пути софинансирования? Допустим, край выделяет 80 процентов, район или город 20?

Если сказали, А, давайте скажем и Б. Губернатор края В. И. Кондратьев распорядился создать в каждой школе хотя бы один казачий класс. Теперь настало время выделить средства для наставников. Иначе эффект от этого будет не такой, как хотелось бы. Экономить на будущем как минимум недальновидно…

Как закрыть брешь?

Итак, сейчас у нас 1600 наставников. По словам Константина Перенижко, в этом году к ним добавится еще сто человек. В итоге на 4100–4200 классов их приходится 1700. Налицо дефицит наставников. Есть ли выход из тупика? Есть, но для того чтобы пройти по нему, нужно отказаться от устоявшихся стереотипов.

Почему мы рассматриваем в качестве наставника только казака? Понятно, мужское начало, которого так не хватает в школах, однако, когда казаков-наставников явная нехватка, почему бы не задействовать старшеклассников, кадетов и женщин-казачек?

Несколько раз писал о проекте «Школа юного наставника». Его авторы — члены Союза казачьей молодежи сестры Алина и Мелита Шевченко из школы № 18 поселка Юровка города-курорта Анапа. Проект занял третье место в Южном федеральном округе на форуме «Наставник». Смысл его в том, что старшеклассники выступают в качестве наставников в начальных классах. Эффект — поразительным.

— Старшеклассники рассказывали об истории казачества не заумными фразами, а на понятном малышам языке. Дети отвечали на вопросы лучше, чем когда их спрашивают взрослые, так как они видели перед собой не учителя или казака-наставника, а таких же учеников, только постарше, которые учатся с ними в одной школе. Перед тем как проводить урок, старшеклассники, которые выразили желание стать наставниками, рассказывают нам, что они подготовили к уроку, в какой форме они намерены его проводить. Потом мы обсуждаем все вместе с учителями, — этому рассказу уже более двух лет. Однако ни правление ККВ, ни руководство Союза казачьей молодежи не заинтересовались этим нужным начинанием. А зря. Его внедрение могло бы частично решить проблему нехватки наставников в младших классах. Более того, юные наставники сами будут глубже знать историю казачества, у них сформируется чувство ответственности, и, скорее всего, кто-то из них изберет в дальнейшем профессию педагога. Стимулом для них может стать путевка на молодежный форум «Регион 93».

Еще один ресурс — это кадеты казачьих корпусов. Ребята, отучившиеся два-три года, также могут выступать в качестве наставников. Например, в Ейском кадетском корпусе этим направлением занимаются не первый год.

— Наши кадеты посещают школы, рассказывают и о жизни корпуса, и об истории казачества, которую они изучают более глубоко, чем в школах. После этого на приемной комиссии выясняется, что ребята поступают не потому, что так решили родители, а потому что они, услышав рассказы о том, чем живет казачий кадетский корпус, приняли решение осознанно и самостоятельно, — рассказал директор корпуса Виктор Зайцев.

Готовы заниматься с казачатами и женщины. Собственно говоря, они уже это и делают. Например, в Брюховецком районе каждая из женщин, входящая в совет казачек, систематически посещает казачьи классы.

— Я готова хоть сейчас заниматься с детьми. Пусть выделят только ставку наставника — я буду дневать и ночевать в школе, — говорит председатель совета женщин-казачек Евгения Мартыненко.

…Видите, сколько ресурсов есть в крае? Люди готовы работать, нужно лишь систематизировать все данные, составить список тех, кто стремится внести свою лепту в общее дело, решить, кто, когда и чем должен заниматься. Но в первую очередь необходимо отойти от сложившихся стереотипов. Выиграют от этого все.

Читайте также: Чиновники и казаки: сначала землю дадим, а там поглядим
Ефим
Подкасты
База