С ног на голову: зверства красных перекладывают на белых

С ног на голову: зверства красных перекладывают на белых
Накануне торжеств, посвященных 28-й годовщине приятия Закона РСФСР «О реабилитации репрессированных народов», которые состоятся 20 апреля в краевом центре, в редакцию пришло письмо жителя Темрюкского района. В нем он пишет о том, что причина репрессий большевиков в отношении казачества – массовое их участие в Гражданской войне на стороне белой армии.
Кто на самом деле терроризировал Кубань?

«Армия Корнилова и Деникина на своем пути производила массовый террор, уничтожала всех, не только коммунистов, но и тех, кто был за советскую власть. И народ от них отвернулся. Они творили зверства: вырезали красноармейцам звезды на плечах, насиловали девочек. В 1919 году корниловцы в Краснодаре повесили на фонарном столбе священника, который выступал за отделение Кубани от России. Казаки — недобитая контра, которую не надо было реабилитировать. Вы, их потомки, по приказу власти будете расправляться с народом, как это делали казаки во время Кровавого воскресенья». Вот такие мнения о казаках еще бытуют, и не где-нибудь, а на Кубани — в крае, который осваивали и защищали именно казаки.

Авторитет — вещь обоюдоострая

В сущности, можно было бы выбросить эту цидулю в корзину, однако решил не оставлять ее без ответа. Судя по почерку и фразеологии, автор письма — человек в годах. Возраст в какой-то мере тождествен авторитету, который кто-то может использовать в целях клеветы на прошлое и настоящее казачества. Это как автомат Калашникова. В руках террористов это угроза, в руках солдат — защита.

Почему-то именно Кубанское казачье войско то и дело становится предметом необоснованной критики, клеветы, нападок со стороны тех, кто считает, что только они знают, каким путем должно идти ККВ.

Ладно, эти выпады объясняются довольно просто: люди, лишившиеся властных полномочий, хотели бы вернуть атаманскую булаву и еще пару лет порулить, ломая эффективно работающую структуру, насаждая свои правила и расставляя на ключевые должности своих людей. Бог с ними, все равно ничего у них не выйдет.

Гораздо опаснее, на мой взгляд, попытки передергивания фактов, обвинения наших предков в том, что творили их противники, совершившие в октябре 1917 года государственный переворот.

Советская идеология четко делила все на черное и белое, на плохое и хорошее. Нескольким поколениям вкладывали в головы мысль о героизме красногвардейцев и злодеяниях белых. Вот лишь один пример. Людям постарше наверняка знаком фильм «Мы из Кронштадта». В ленте есть сцена, когда белые связывают группу краснофлотцев, оставшихся в живых после боя, и бросают в море. На самом деле это был один из видов казни озверевшей от вседозволенности матросни, расправлявшейся с флотскими офицерами.

Отнять и разделить

Однако вернемся к казакам. Часть из тех, кто впоследствии сражался в Добровольческой армии, не сразу взяли в руки оружие. Хлебнув лиха на фронтах Первой мировой войны, казаки хотели заниматься своим хозяйством, растить детей. Большевики сделали все возможное для того, чтобы настроить казаков против новой власти. Во-первых, недовольство казаков вызвала политика уравнения в правах и разделе земли, при котором часть казачьих наделов передавалась иногородним. Мужикам, как их называли служивые.

Казакам землю давали за службу. За счет доходов от наделов они должны были приобрести оружие, амуницию, купить лошадь. Иногородние не несли такого весьма нелегкого бремени. Так почему же казаки, платившие за землю своей кровью, должны были делиться?

Во-вторых, введение продразверстки не могло не вызвать бурю протестов. В декрете о продразверстке, принятом в 1919 году Совнаркомом по настоянию Ленина, говорилось об обязательной сдаче крестьянами государству всех излишков хлеба и других продуктов сельского хозяйства. Продотряды зачастую выгребали из амбаров чуть ли не все зерно, обрекая крестьянские семьи на голод. Кубанская область в 1913 году вышла на первое место по производству товарного хлеба, поэтому продотряды изымали здесь большую часть хлеба для нужд пролетариата Питера, Москвы и других городов. Кому понравится, когда к тебе в дом приходят некие личности, размахивая мандатами и оружием, и забирают выращенный хлеб? Тем более зачастую реквизиция сельхозпродукции выливалась в повальный грабеж.

Казаки, познакомившиеся с прелестями военного коммунизма, брались за оружие, пополняя ряды Добровольческой армии.

Теперь что касается массового террора. Конечно, любая война, а тем более гражданская, влечет за собой жестокость, озлобление, взаимную ненависть. Белые не были ангелами. Они так же уничтожали врагов, но методы, которыми отличались красные, были уму непостижимы. Читая акты особой следственной комиссии, созданной командующим вооруженными силами юга России Антоном Деникиным, поражаешься нечеловеческой жестокости красных.

«Лица, входившие в школы, где находились лазареты, после ухода оттуда большевиков показали, что вид лежавших там трупов был нестерпимо ужасен. Тела убитых валялись по всем комнатам в изуродованном виде. Так, один офицер лежал, держа в закостеневших руках свою же отрубленную ногу, у другого были выколоты оба глаза, у некоторых были срублены головы и разрублены лица, у других же вся грудь и лицо были исколоты штыковыми ранами. Священник и казаки, зарывавшие могилу, показали, что большинство тел было настолько изуродовано и изрублено, что представляли собой прямо отдельные куски человеческого мяса» — это выдержка из акта расследования об избиении большевиками в лазаретах станицы Елизаветинской раненых и больных участников Добровольческой армии.

Да, белые генералы Шкуро, Покровский, барон Унгерн отличались жестокостью, но большевистских палачей им было далеко.

Уничтожить поголовно!

«Казаки — единственная часть русской нации, которая способна к самоорганизации. Поэтому они должны быть уничтожены поголовно» — эти слова Троцкого стали руководством к действию. Большевистский террор против казаков, развернувшийся после издания Оргбюро ЦК большевиков «Циркулярного письма об отношении к казакам», повлек за собой уничтожение сотен тысяч казаков и членов их семей.

Первый пункт этого печально знаменитого документа гласит: «Необходимо провести массовый террор, направленный против богатых казаков, истребить их поголовно, провести массовый беспощадный террор вообще по отношению ко всем казакам, принимавшим какое-либо участие в борьбе с советской властью». О чем еще говорить?

Насильники в законе

Социализация женщин — еще один факт злодеяния красных. Весной 1918 года красные отряды заняли Екатеринодар. Комиссар еврей Бронштейн решил поощрить бойцов и командиров, соскучившихся по женской ласке. По его инициативе был издан декрет социализации женщин. Согласно этому чудовищному по своему цинизму документу девушек от 16 до 25 лет мог принудить к сексуальным отношениям любой желающий, предварительно получивший мандат, выданный комиссаром по внутренним делам — все тем же Бронштейном.

Красноармейцы устроили облаву в городском саду, хватая молодых и красивых девушек, главным образом из буржуазных семей и учениц. 60 девушек и девочек были схвачены. Лучшая добыча досталась Бронштейну, коменданту штаба Карасеву, главкому Ивашеву, начальнику уголовно-розыскной милиции Прокофьеву. Им, если так можно выразиться, еще повезло. Остальные подверглись групповому изнасилованию. После этого они были убиты, а тела их выброшены в Кубань.

А вот еще один факт, от которого кровь в жилах стынет: «Ученица пятого класса одной из екатеринодарских гимназий подвергалась изнасилованию в течение двенадцати суток целою группою красноармейцев, затем ее привязали к дереву и жгли огнем и, наконец, расстреляли».

Такие зверства творили те, кто был никем — и вдруг стал всем.

Кубанская голгофа

Автор письма утверждает, что корниловцы повесили в Екатеринодаре священника, который хотел отделить Кубань от России. Откуда он взял это, неизвестно. Зато известно другое: установление советской власти на Кубани стало черной вехой православия. По данным историков, к началу XX века Кавказская епархия насчитывала 425 церквей, из которых 113 находились в Ставропольской губернии, 220 — в Кубанской области, 77 — в Терской области, 15 — в Черноморском округе. К середине 30-х годов сохранилось 39 храмов. Остальные были взорваны, приспособлены под хозяйственные нужды, склады, конюшни.

Еще страшнее была участь священников. Вот имена тех, кто был замучен и убит только в 1918 году. В станице Незамаевской священник Иоанн Пригоровский был убит в пасхальную ночь. Изверги с красными звездами на буденовках выкололи ему глаза, отрезали язык и закопали живьем в навозной яме. В станице Владимирской священник Александр Подольский после глумлений и избиений был зарублен. Прихожанин, попытавшийся его похоронить, был застрелен на месте. Священник Иоанн Краснов из станицы Должанской сожжен живьем в паровозной топке.

В дальнейшем священнослужителей казнили с такой же нечеловеческой жесткостью. Этот список можно продолжать и продолжать. Причем это реальные факты — в отличие от умозаключений, высосанных из пальца. Давайте помнить прошлое, трезво оценивать его уроки, чтобы они не повторились в будущем.

Тима Третьяков
База
Вольная Кубань