Хроники будущего: людям нужна стабильность

Хроники будущего: людям нужна стабильность
Недавний опрос Левада-Центра показал, что россияне отзываются о советской власти конца 70-х позитивнее, чем о современных руководителях. Респонденты все чаще называют советское правительство «близким к народу», сильным, прочным и справедливым. Устройство нынешнего государства опрошенные характеризуют такими терминами, как криминал, коррупция, бюрократия, отстраненность от простых людей.
В то же время около трети считают, что живут в лучший период истории страны. Отмечу, что опрос проводился во время недавно проходящих в столице акций оппозиции.
Многие социологические службы, политологи, эксперты давно и постоянно твердят о все усиливающемся запросе в обществе на СОЦИАЛЬНУЮ СПРАВЕДЛИВОСТЬ.
Впрочем, это понятно всем и без подсказок. К примеру, постоянное и отчасти демонстративное повышение зарплат в госсекторе, миллиардные доходы и расходы чиновников и топ-менеджеров госкорпораций на фоне роста цен и падения доходов населения давно никого не удивляют.

Привыкли к такому положению дел и десятки миллионов россиян, даже по официальным данным находящихся в зоне бедности. Не для них, наверное, профицитный от продажи сырья и финансовых спекуляций бюджет или фонд с таким говорящим названием — Фонд национального благосостояния.
Людям ведь не деньги от государства нужны, а работа и хотя бы относительно стабильные цены. Хотя, на мой взгляд, по части обещаний что советское правительство, что нынешнее мало чем отличаются. 
Многие помнят мантры и про коммунизм при нынешнем поколении, и про квартиру каждому к 1990 году, и т. д. Лет пять назад было обещано к 2020 году создать аж 25 миллионов рабочих мест. Сейчас говорится, что результаты прорывных действий нынешних властей по всем нацпроектам обязательно сделают комфортной продолжительную жизнь россиян в ближайшем будущем.

Году так к 2030-му. Так что снова остается только верить, как и десятилетия до этого.
Однако благостный информационный фон ожидания испортила регистрация кандидатов в Московскую городскую Думу, точнее, отказ в ней десятку оппозиционеров.
Насколько высок статус московского депутата и шансы быть избранными у отказников, судить не берусь, но бузу они затеяли такую, что заговорили чуть ли не о российском майдане или второй Болотной.
Не секрет, что большинство исследований мнений граждан по тем или иным вопросам заказывается госструктурами. Их результаты нужны, когда властям требуются, к примеру, научно обоснованные рекомендации для принятия управленческих решений. На какие решения повлияет данная работа «левада-социологов», сказать трудно.

Показателен в этом плане материал их конкурента — ВЦИОМ, который тогда же замерял отношение москвичей к действиям силовиков и горизбиркома.
Согласно полученным данным решения окружных комиссий об отказе в регистрации кандидатам от оппозиции поддерживают 54 процента опрошенных жителей столицы и примерно столько же солидарны с жесткими действиями властей по пресечению несанкционированных акций. Эти митинги считают провокациями даже в самой младшей возрастной группе — от 18 до 24 лет.
Так что тезис оппозиции о стремлении молодежи участвовать в любых протестных действиях, по крайней мере в Москве, выглядит весьма сомнительно.

Поэтому вовлечение молодых людей через соцсети и другие каналы коммуникаций на несанкционированные митинги, наверное, надо отнести на совесть тех «политиков» и «оппозиционеров», которые фактически бросили их под дубинки полицейских.
О заказном характере протестных действий 27 июля и 3 августа сейчас говорится много. Российский МИД даже направил официальные обращения Соединенным Штатам и ФРГ относительно вмешательства их диппредставителей и государственных СМИ в эти события. 
Незаконные по сути действия демонстрантов, точнее, их вдохновителей и в самом деле очень похожи на провокацию — показать в том числе и западным журналистам как можно больше пострадавших от действий силовиков людей.

Лидеры этой оппозиции даже призывали перекрывать дороги, блокировать работу транспорта, что все-таки далеко от мирного протеста. Поэтому, наверное, большинство респондентов ВЦИОМ посчитало неприемлемыми для себя призывы к эскалации насилия и не поддержали представителей протестных групп.

Очевидно, что в ближайшее время митинговая активность в столице не утихнет (очередная акция назначена на 10 августа), а запрос на справедливость может сменить запрос на жесткое наведение порядка. По крайней мере в Москве.
Там силовые меры против провокаций в группах 45–50 лет поддерживают 63 процента опрошенных, а у тех, кому за 60, поддержка власти достигает 73 процентов. И это понятно: люди опасаются за своих детей и внуков.
В этой связи нельзя в очередной раз не сказать об отсутствии внятной МОЛОДЕЖНОЙ ПОЛИТИКИ в стране. Вряд ли таковой можно считать всевозможные конкурсы (так и хочется сказать — красоты) по отбору всевозможных молодых лидеров, которые в итоге должны попасть на госслужбу.
Прошло время, когда ведущую роль в этой среде играла одна общественно-политическая молодежная организация под руководством правящей партии. А сейчас что? 
Разве что Юнармия или Союз казачьей молодежи. Неужели непонятно, что именно молодежь — в силу ее максимализма, неопытности, стремления к справедливости — организаторы протестов будут стараться вовлекать в подобные акции, конечная цель которых — госпереворот?
Наверное, многие из тех молодых, кто вышел на улицы в июле или августе, слабо себе представляли цели протеста. Скорее всего, действовали по принципу «За любую движуху». 
Как раз в силу стремления к справедливости в их представлении. Возможно, эта ситуация, сам факт активизации протестного потенциала молодежи послужит стимулом для реального развития молодежной политики в стране.

Ведь для нее, наверное, главное все же не участие в уличных акциях, а качество и доступность образования, трудоустройство, досуг. И пожалуй, самое главное условие — бесконфликтная интеграция молодых в социальные отношения через общественные и гражданские, а не только государственные институты.

Ведь поводы для протестов формирует по большому счету не госдеп или бундестаг, а непродуманные действия самих властей. Как было в Екатеринбурге при строительстве храма, в Шиесе при строительстве мусорного полигона, теперь — в Москве. И уверенности, что таких поводов в дальнейшем не будет, наверное, ни у кого нет.
Оппозиция, что, собственно, косвенно подтверждает версию о заказном характере этих выборных процессов, уже заявляет о том, что подобные митинги будут идти чуть ли не постоянно, что число протестующих будет только расти и т. д. В этом случае у властей остается лишь силовой ресурс и вероятность репрессий только возрастает.
Можно, конечно, рассматривать эти события как репетицию двух противоборствующих сторон перед выборами в Госдуму в следующем году, можно — как провал оппозиции, не получившей широкой массовой поддержки своим действиям.

А можно — как действия московских властей по недопуску посторонних людей в представительный орган, депутаты которого посвящены в распределение гигантских сумм столичного бюджета.
Но очевидно одно: такие протесты могут возникнуть где угодно. И в первую очередь там, где бесцеремонно игнорируется мнение простых граждан. Нет сомнений, что такие очаги напряженности наши зарубежные партнеры будут максимально поддерживать скрыто или явно в надежде раздуть большой пожар. 
И нет сомнения — в наиболее восприимчивой к несправедливости молодежной среде. Эта опасность будет сохраняться до тех пор, пока наши чрезмерно эффективные управленцы не научатся хотя бы с помощью простейших опросов общественного мнения предусматривать последствия своих действий.

А вы как думаете?

P. S. Во вторник в крайизбиркоме подвели итоги выдвижения и регистрации кандидатов на предстоящих 8 сентября местных выборах. На мандаты разного уровня претендовали 12025 человек. 212 из них сняли свои кандидатуры, а 226 отказали из-за различных нарушений. Никаких протестных акций по этому поводу не было. Вот такая, кстати, картина на Кубани.

Богдан 3
База