" />

Сталинградочки. Береги их, время!

Сталинградочки. Береги их, время!
Нынешний февраль проходит под знаком 70-летия Сталинградской битвы. Битвы, не имеющей себе равных в истории… А эту историю мне рассказала Галина Васильевна Татаренко, председатель первичной организации № 27/2 ККОО ветеранов (пенсионеров, инвалидов) войны, труда, Вооруженных Сил и правоохранительных органов.
Нынешний февраль проходит под знаком 70-летия Сталинградской битвы. Битвы, не имеющей себе равных в истории… А эту историю мне рассказала Галина Васильевна Татаренко, председатель первичной организации № 27/2 ККОО ветеранов (пенсионеров, инвалидов) войны, труда, Вооруженных Сил и правоохранительных органов. Знаю Галину Васильевну не один год, а потому полностью поддерживаю мнение городских властей: первичка № 27/2 — одна из лучших в нашем краевом центре, а Галина Васильевна человек просто замечательный — активный, творческий и бабуль-дедуль своих подопечных любит как дочка… — Обязательно познакомьтесь с моими двумя женщинами, участницами Сталинградской битвы, — рассказывала Галина Васильевна. — Они обе весенние, 1922 года рождения. Обе живут в одном квадратике в центре, по улице Красной. Обе воевали под Сталинградом, а потом — до конца войны. Обе детей воспитали, а теперь внуков и правнуков. Пообщавшись с Александрой Ивановной Бабиковой и Антониной Николаевной Ивановой, я поняла одно: даже наше неумолимое время бережет настоящих женщин! Несмотря на то что они хранят в памяти одну картину страшнее другой. Голод, холод, бомбежки, артобстрелы… 200 дней и ночей Сталинградская битва длилась 200 дней и ночей, завершившись победой советских войск. Она стала началом коренного перелома в Великой Отечественной и второй мировой войне в целом. Армии фашистского блока потеряли около четверти сил, до полутора миллионов солдат и офицеров противника было убито, ранено и взято в плен. Но в апреле 1942-го до победы было далеко. Тогда Гитлер подписал директиву, согласно которой Сталинград подлежал уничтожению. Многие события Сталинградской битвы приобрели мировую известность. Например, знаменитый дом сержанта Павлова, при штурме которого немцы положили больше жизней, чем в битве за Париж, но в отличие от Парижа этот дом фашистам не удалось захватить. На зерновом элеваторе, бои за который продолжались несколько недель, советские и немецкие солдаты находились так близко друг от друга, что могли чувствовать дыхание противника… Легендарную известность приобрело сражение за завод «Красный Октябрь». В то время как советские солдаты продолжали защищать свои позиции, ведя огонь по немцам, рабочие завода ремонтировали подбитые танки — непосредственно на поле боя! Фашисты назвали такую новую для них форму ведения войны в городе, в ходе которой шла многодневная борьба за каждую улицу, завод, дом, подвал или лестничный проход, «крысиной войной» и горько шутили: «Кухню уже захватили, но до сих пор бьемся за спальню». Целый мир… Женщина на войне — это целый мир с его непреходящими ценностями: достоинством, честью, чувством долга, готовностью к самопожертвованию… Тяжел и опасен любой труд на войне, но для того чтобы выносить раненого из-под огня и снова возвращаться на поле боя, нужно иметь необыкновенное мужество, горячую любовь к человеку, искреннее милосердие, исключительную силу воли. Хрупкие женщины по нескольку десятков раз за один бой отправлялись в огненный ад, чтобы вытащить из него нуждающегося в помощи. Больше, чем в военно-медицинской службе, ни в одном из родов войск не было такого количества женщин… Если бы собрать вместе всех, кого они спасли в снегах Поволжья, можно было бы наверняка выстроить не одну роту в полном составе, с винтовками, автоматами, ручными пулеметами, подобранными ими на поле боя (каждая винтовка была на вес золота, и санитарам был отдан приказ — раненых доставлять вместе с оружием). Нести на себе бойца да еще его винтовку… Женщины составляли почти половину санинструкторов, санитаров, фронтовых врачей, военных фельдшеров, а медицинскими сестрами были одни женщины. В белоснежных халатах ходили по палатам в фельдшерских пунктах и госпиталях — брили, стригли раненых, ухаживали за ними. Маршал Советского Союза В.И. Чуйков отмечал, что при переправе через Волгу каждая из врачей и медсестер, работавших в санитарных батальонах дивизии и на эвакопунктах, под непрерывным обстрелом из всех видов оружия в течение ночи перевязывала по сто, а то и больше раненых. Были случаи, когда за одну ночь на левый берег медики переправляли по две-три тысячи раненых. Молоденькие, худенькие, в чем только душа держится, санитарочки выносили раненых из-под огня даже тогда, когда, казалось, нельзя было руку поднять над землей… Были среди женщин командиры расчетов, отделений, взводов, рот, полков. Тысячи женщин-офицеров готовили военные училища во многих городах страны. Было сформировано три специальных женских авиационных полка из «крылатых» женщин, прошедших с успешными боями до столиц европейских государств. Воинское мастерство и отвага летчиц приводили в восхищение мужчин. В середине 1941-го правительство приняло решение о прокладке железной дороги Сталинград — Владимировка с паромной переправой через Волгу из Сталинграда. Строили ее в основном женщины, саму магистраль тогда так и называли — «женская дорога». Женщины сражались в ряду ополченцев, держали связь, управляли боем, корректировали огонь артиллерии и минометов, сбрасывали бомбы на вражеские позиции с самолетов, участвовали в танковых сражениях, выбивали противника с укрепленных передовых рубежей, сопровождали разведчиков и десантников в глубокий тыл врага… Летчицы, снайперы, пулеметчицы, связистки, шоферы, регулировщицы, политработники, механики-водители танков, стрелки-радисты, писари, делопроизводители, зенитчицы, библиотекари, бухгалтеры, саперы, минеры, топографы… Их осталось так мало в нашей сегодняшней жизни — героинь жесткого и жестокого сталинградского времени. Ведь тогда и сегодня время неумолимо: если им было на войне пусть по двадцать лет (не больше), то сегодня — уже девяносто. От Сталинграда до Праги Саша Бабикова родилась и выросла в Казахстане, окончила медучилище, три года проработала на периферии фельдшером. — Меня призвали в декабре 1941-го. Так называемую учебку в госпитале прошла быстро, потому что уже была с набитой рукой — амбулатории у нас находились сразу в трех населенных пунктах, не меньше сорока человек в день принимали, — рассказывает Александра Ивановна. — В январе отправили на фронт. Так что в Сталинграде — первые мои месяцы войны, в двадцати километрах от Праги — последние. — Это были страшные годы… — Когда сегодня вспоминаешь — да. А тогда призвали — значит, нужно служить. 72-я армия, 229-й стрелковый полк. У нас было две санитарные бригады: врач, два фельдшера, четыре санитара. Обрабатывали раненых на месте, в паре километров от передовой, и сразу же переправляли в тыл. Обрабатываю, делаю перевязку, а рядом писарь стоит: Ф.И.О., диагноз, характер ранения — пулевое, осколочное… Мы должны были сделать все, чтобы раненый не просто выжил, но после лечения в госпитале вернулся на фронт. — В общем — спасти жизнь. Всего-то навсего… — Но ведь это и есть наша работа на войне, Оля (строго). И высоких слов никаких здесь не надо. — Александра Ивановна, не буду об ужасах и кошмарах, бомбежках и артобстрелах. А улыбаются люди на войне? — Ну теперь другая крайность! Конечно, улыбаются. И влюбляются. Мы с мужем под Сталинградом и познакомились. Всю войну прошли вместе, он был в контрразведке, много раз ранен. Похоронили мы Трофима очень рано — и тридцати ему не было, война горько аукнулась. У нас дочь, внучка, правнуки. И мне война жизнь переиначила. Мечта была — окончить медицинский институт, доктором стать, да так и не осуществилась. Тяжело заболела — ревматическая атака, перестала ходить… Но ничего, выползла, года три была на диспансерном учете. Видно, переохлаждение сказалось. Спали-то где придется, где голову можно приклонить. Вместо постели — плащ-палатка: и простыня и одеяло одновременно. — После войны чем занимались, Александра Ивановна? — Всю жизнь медсестрой проработала, 32 года — в 1-й детской поликлинике, она была тогда на улице Пашковской. Приходилось и на приеме, и эпидемиологом, и статистиком, и все кабинеты знала — от хирургического до окулиста. — Мастер на все руки! — Не знаю, но Почетным знаком «Отличник здравоохранения» награждена. Чем очень горжусь. — А военные награды? — Орден Отечественной войны II степени, орден Красной Звезды, медали «За боевые заслуги» и «За оборону Сталинграда»… Переправа, переправа… Тоня Иванова до войны успела окончить курсы бухгалтеров, работала в бухгалтерии стекольного завода: — Из Астрахани в апреле 1942-го в Сталинград отправляли большой двухпалубный пароход, битком набитый нами, 19—20-летними девчонками. Мы боялись даже, что пароход перевернется… Встречали нас на площади торжественно, с духовым оркестром. Всех построили, распределили. Нас — в 16-й отдельный зенитно-пулеметный батальон. После месячного карантина (спали на двухэтажных нарах, изучали уставы, вооружение, правила) нас еще раз распределили — по должностям. Меня как знающую бухгалтерское дело — писарем ОВС (обозно-вещевого снабжения). Наша часть была на обороне СталГРЭСа. Гидроэлектростанция имени В.И. Сталина — громадная, и ни в коем случае нельзя было оставить без электроэнергии завод, который выпускал пушки. А потом был июль, август, сентябрь, октябрь… И приказ Сталина: «Ни шагу назад»… В ноябре СталГРЭС уже не работала. Нас, тридцать девчонок, командование решило переправить через Волгу. — Считается, что по масштабам и продолжительности в ходе всей Великой Отечественной не было переправ, подобных сталинградской: только жителей Сталинграда было перевезено более 330 тысяч! — Да, все железнодорожные пути города со страной были отрезаны. Волга единственная связывала фронт и тыл. На правый берег в пылающий город доставлялись воинские подразделения, техника, боеприпасы, горючее, продовольствие… Волжскую переправу называли дорогой жизни… Правда, мы через Волгу переправились, наверное, чудом. Ночью — на баркасе и шести понтонных лодках. Но нас все-таки обнаружили — наверное, самолет-разведчик. Ту бомбежку запомнила на всю жизнь. Река, вздыбленная от взрывов до самого дна, кипящая, черная, как смола. Только две лодки добрались до берега. Нас девять (из тридцати) осталось в живых и лейтенант, который сопровождал. Многие девчонки плавать не умели, да и не выплыть в сапогах, шинелях и ватных штанах. Никто бы не переправился, если бы с другого берега не бросились солдаты нас спасать… Она прошла с боями от Сталинграда до Вены, старший сержант Антонина Иванова, красавица с косами до пояса и огромными, в пол-лица серыми глазами. Награждена орденом Отечественной войны II степени, медалями «За победу над Германией», «За оборону Сталинграда». На войне познакомилась с будущим мужем — прожили с Михаилом Федоровичем в любви и согласии счастливых пятьдесят лет. А сына назвали — Мирослав! Мирославу Михайловичу — 65. — Очень внучкой горжусь, она у нас умница, в Петрозаводске живет, — улыбается Антонина Николаевна. — Медицинский институт окончила, аспирантуру, кандидат медицинских наук…

Ольга Цветкова. 
comments powered by HyperComments
Ксюша Рогозина
Подкасты
База