Хормейстер, аранжировщик, педагог: Геннадий Томилин отмечает юбилей

Хормейстер, аранжировщик, педагог: Геннадий Томилин отмечает юбилей
Заслуженный артист Кубани, заведующий музыкальной частью Краснодарской филармонии им. Г. Ф. Пономаренко Геннадий Томилин отмечает 20 июля юбилей. Накануне мы с ним поговорили о жизни, творчестве, работе. Разговор получился эмоциональный и очень искренний.
Искренность свойственна немногим, ведь быть таким - это значит быть самим собой. Геннадий Томилин – прекрасный человек, талантливый музыкант, руководитель и педагог. Судьба преподнесла много испытаний в его жизни, но они его не сломили его, сделали только сильнее.

Я чувствовал народные песни

– Родился я в рабочей семье в Невинномысске Ставропольского края. Отец - энергетик, мастер на все руки. Специалист высочайшей специализации, обслуживал крупные ГЭС. Мама – кулинар-кондитер, которая создавала, не побоюсь этого слова, уникальные произведения искусства. Какие я ел пирожные и тортики в детстве – по сей день помнишь этот незабываемый вкус! Сейчас таких не делают.

Мама пережила Голодомор. Она редко рассказывала об этом, но когда собирались за семейными застольями с тетушками (у нее было четыре сестры), иногда рассказывали про те страшные годы: «опухшие дети» - для них не просто слова. Приходилось есть лепешки из травы, выживали буквально на подножном корме.

…Семья у нас была певчая. Мама играла на мандолине и на гитаре, отец – баянист с шикарным мягким баритоном. Говорят, первый парень на деревне - так вот это про него. Их в семье так и прозвали: кубанская казачка и курский соловей. С детства я слышал протяжные грустные казачьи, кубанские песни, русские народные. Я их понимал, чувствовал. Уже тогда сердце замирало и душа рвалась наружу.

Когда отмечали маме 80 лет, мы с ней стали петь. Глубинная память - она существует. Я пел песни на кубанской балачке, которые слышал давно в детстве.

66666.jpg

Начальное музыкальное образование

Я всегда говорю, что ничего не происходит просто так. Любовь к русской песне в семье не могла не повлиять на мое формирование. Когда набирали в начальной школе в хор мальчиков, я с удовольствием пошел. И там была серьезная, кропотливая работа. Мы выступали по всему краю. Потом у меня друг-сосед стал учиться игре на баяне. Выходил на балкон с серьезным видом и начинал музицировать… Ему все мальчишки завидовали. Стал просить отца, чтобы и меня учил. А потом он просто предложил поступить в музыкальную школу. Я обрадовался.

Учился усердно, все успевал. Увлекся спортом. Казалось бы, бокс и игра на баяне - совершенно взаимоисключающие вещи, но мне хотелось все попробовать. Преподаватели ругались, что я пальцы не берегу в боксе, ведь для баяна пальцы - это главное. Но у меня больше страдало лицо, часто с фингалами приходил в музыкалку. Чуть позже занимался гимнастикой, баскетболом.

Детство было очень насыщенное: две школы (музыкальная и общеобразовательная), спорт. А еще в музыкальной школе организовали оркестр, меня посадили за барабаны. Наш коллектив имел грандиозный успех! Сначала играли марши, а потом и джаз. Таким образом, в музыкальной школе получил разносторонний багаж благодаря мудрым, прозорливым педагогам.

После выпускного в музыкалке (девятый класс обычной школы) я пришел домой и меня осенило: так вот же оно – музыка! Это то, чем мне бы хотелось заниматься всю жизнь. И я решил поступать в музыкальное училище. Хотя отец был против, он хотел, чтобы я пошел по его стопам. Но я поехал в Черкесск, там уже учился мой двоюродный брат, то есть, с жильем проблема решилась. Экзамены сдал не очень хорошо, конкурс был бешеный. Но в экзаменационной комиссии, наверное, увидели мой потенциал, педагоги мудрые, смотрели на перспективу. Я поступил.

Училище1-1.jpg

«Баянист, подпевай!»

- Началась самостоятельная жизнь. И в первый год, как и у многих, сорвало «крышу», я практически не учился. Первые две сессии еле закрыл. Но на второй год взялся за ум. Понял, что баян – это мой хлеб, и я должен совершенствовать игру, учиться лучше. Я репетировал по четыре часа каждый день. Приезжал в училище до занятий и репетировал. Потом меня взяли в эстрадный ансамбль при училище. В нем я научился многому. Учились, репетировали… а еще нас стали приглашать на свадьбы. Разные: русские, черкесские, ногайские, абазинские. Представляете, какой у нас был репертуар! И мы старались, чтобы у нас была хорошая репутация, а «сарафанное радио» разносило об ансамбле весть. Потом на одной из свадеб предложили: «Баянист, подпевай». И я стал учить русские народные песни, эстраду. Подвести нельзя было. Я вырос сильно, получил хорошую и жизненную, и профессиональную школу. Кроме того, в училище мне дали крепкие, основательные знания. На выпускном экзамене я дирижировал в Э. Грига 2-ой концерт для фортепиано с оркестром. А это высота! Мы были подготовлены очень хорошо.

Кстати, недавно я ездил в Черкесск на встречу выпускников училища – 40 лет прошло со дня окончания. Замечательная, теплая встреча. Все ребята работают в профессии – никто не бросил, все специалисты-профессионалы. Для меня училище – самое золотое время.

Кто хотел – получил знания

По распределению я поехал в карачаевский поселок в Дом культуры. Но я им не нужен был там, мне дали в руки открепление и отправили домой. Я хотел идти учиться дальше – в вуз. Но тогда поступали в консерватории и институты только по направлениям. А мне из училища - не досталось. Я приехал к директору училища Аслану Даурову (первый профессиональный черкесский композитор), рассказал, что хочу поступать в институт культуры в Краснодаре, а у него случайно осталось одно направление ( один из выпускников не поступил в консерваторию и привез бумагу в альма-матер). Ну что ж - это была судьба! А накануне я разбил отцовскую машину, в семье - скандал. Естественно, никакой поддержки. Отец говорил, чтобы я шел работать. Но я поехал в Краснодар, подал документы, сдал экзамены. Поступил. Здесь я уже не стал терять год на раскачку. Сразу впрягся в учебу. Уже была готовая проверенная система из училища. Вставал рано, шел репетировать на баяне до занятий, потом лекции, а вечером - оркестр. Да, у нас был свой самодеятельный оркестр. Кроме того, страстью оставался спорт – я был капитаном сборной вуза по баскетболу.

Про наш институт культуры скажу так: кто хотел, тот взял и получил знания. Меня многому научили прекрасные педагоги: океан профессиональных тонкостей, без которых нельзя музыканту. А. М. Трушин – не только высококлассный педагог по баяну, но и еще снабдил житейскими мудростями. Вспоминаю, как у педагога по дирижированию много времени «красил стены», потому что он рассмотрел мою зажатость. Как педагоги устраивали внутренние концерты, чтобы мы «не закисли» от лекций. Диплом я получил по специальности «руководитель оркестра».

Экзамен.jpg

Гений Пономаренко

Еще на четвертом курсе я женился. После окончания вуза вернулся в Невинномысск, был директором в Доме культуры. Вскоре забрали в армию - в Маньчжурию, Забайкалье. Там сильно континентальный климат: зимой – минус 40, летом - плюс 50. Там я совсем потерял здоровье. Больше не хочу об этом периоде жизни… После полутора лет службы боялся брать в руки инструмент. Но постепенно пришел в себя. Пальцы - вспомнили, профессионализм взял вверх. Стал работать хормейстером в профессиональном ансамбле «Майдан».

Однажды кто-то рекомендовал меня Григорию Федоровичу Пономаренко. Он тогда только написал песню «Сплотимся, славяне». Познакомились, и вечером он звонит: «А приезжай ко мне». Так просто, меня, неизвестного хормейстера, зовет к себе домой композитор со всесоюзной славой – я был в шоке. Приехал, он играл на баяне, беседовали, он не стеснялся советоваться. Я очень боялся такому известному человеку сказать, что вот здесь надо бы ноту поменять для лучшего звучания. Но в ответ: «Меняй, милок, хуже ты не сделаешь». Личных встреч у меня с ним было мало. Но в сердце храню о нем светлые и добрые воспоминания. Все, кто его знал, отмечали его широту души и сердечность.

Пономаренко – гений, однозначно. Его талант - от Бога, но и он еще великий труженик. Одаренность без трудолюбия долго не протянет. А творчество Пономаренко живет до сих пор.

Майдан.jpeg

Работа в «Кринице»

Я уже и не помню, как познакомились с Владимиром Капаевым. В то время он был главным хормейстером Кубанского казачьего хора, преподавал в нашем институте культуры. Он создал тогда студенческий ансамбль «Криница». В 1994 году на Втором всероссийском гостелерадиоконкурсе «Голоса России» он стал победителем. Как говорится, о нем узнали в одночасье по всей стране. И Капаев неоднократно звал меня в коллектив хормейстером. Я согласился. Он же заставил получить второе высшее – специальность «народный хор». В «Кринице» я прошел путь от артиста до художественного руководителя.

Испытания

Я был счастлив… Моя Зоя (жена) – во всем противоположность мне. Она – технарь по образованию, математика – ее стихия. Музыку любила, но пение - нет: без слуха, без голоса. Но, как говорится, противоположности притягиваются. Мы любили друг друга, воспитывали сына Олежку и дочку Машеньку. Зарабатывал я хорошо. Все рухнуло в одночасье. Она ушла в 41 год. Оставила нас. Сердце… Сосед Борис привел меня в храм. Там я стал брать уроки вокала. Последние 20 лет - я певчий в храме Рождества Христова.

Несколько раз меня доставали практически с того света, и всегда находились рядом надежные люди, которые помогали во всем.

О студентах

Уроки вокала пригодились. Я стал артистом-вокалистом в Кубанском казачьем хоре. Виктор Гаврилович Захарченко настоял, чтобы я в институте набрал курс студентов. Сказано – сделано. И это был крутой курс! Я бесконечно горжусь своими учениками. Среди них – Заслуженный артист России Виктор Сорокин!

image-07-07-16-09-45-3.jpeg

Второе дыхание

Пути Господни неисповедимы. На каком-то этапе жизни мне надо было начать все сначала. Как говорится, с нуля. И это обновление, этот значимый этап в жизни я начал в Краснодарской филармонии в 2006 году. Я стал хормейстером в ансамбле «Ивушка», начал работать с наследием Григория Пономаренко. Коллективы филармонии впервые исполнили песни великого песенника Пономаренко в моей обработке. Пришлось учиться многому, меняться, но эти ступени, это открытие нового – определенный и личностный рост, и профессиональный. Несомненно, здесь у меня открылось второе дыхание, я занимался чистым творчеством. Планка поднималась, и приходилось соответствовать. Да и сама жизнь диктовала и диктует изменения.

Сейчас часто народные песни со сцены звучат в современной аранжировке. Аранжировка – это то, чем мне нравится заниматься. Вот буквально недавно наши коллективы участвовали в двух грандиозных по значимости концертах в Москве со звездами отечественной эстрады. Я написал аранжировку для нашей хоровой группы. Обе песни на концерте прозвучали в современном ключе: оттолкнулся от классики, а звук - современный. Это очень ценный опыт.

Но мы не стоим на месте, я считаю, что филармония - в авангарде культуры Кубани, нам под силу все! То ли еще будет! У нашего художественного руководителя Веры Ивановны Журавлевой-Пономаренко полно задумок, она ими буквально искрит. Вот на кого нужно равняться, такой энергии только позавидуешь.

О личном

У меня замечательные дети. И сын, и дочь окончили школу имени Виктора Захарченко. Мария - с золотой медалью, институт – с красным дипломом. Втрое высшее получила. Но с творчеством жизнь не связала. Зато у нее врожденная грамотность. Ежегодно участвует в акции «Тотальный диктант», пишет всегда на «отлично». Сын Олег – артист балетной группы Кубанского казачьего хора. Невестка Маша – тоже танцует, и она из творческой семьи. Недавно мне подарили чудо – внучку Аврору. Эта малышка принесла в мою жизнь радость и счастье.

О музыке

Что для меня музыка? Музыка - это моя жизнь, это мое ремесло, мое призвание. Осознание этого обязывает владеть этим ремеслом ну если не в совершенстве, то хорошо. И я стараюсь всегда делать свою работу хорошо, как должно, как диктуют мне воспитание и призвание.

Я уверен, музыка меняет человека в положительную сторону: делает его добрее, искреннее. Сила музыки, даже сейчас, в век бурного развития технологий, интернета, социальных сетей, по-прежнему велика.

Фото: из личного архива Геннадия Томилина.



comments powered by HyperComments
Арина
Депутаты
База
Похожие материалы